Крысятник

Что еще можешь сказать?

— Михаил дружит с заместителем Ларина.

— Как его зовут?

— Николай Сдобин. Частенько они собираются втроем у Сдобина в квартире.

— Вот как? — неожиданно заинтересовался Серый. — И что они у него делают?

Ангелина непроизвольно хмыкнула:

— А что еще могут делать несколько мужиков, собравшись в одном месте? Сидят, выпивают.

— Как этот Николай относится к тебе?

Ангелина неопределенно пожала плечами:

— Трудно сказать, но, по-моему, с какой-то отчужденностью.

— Признаюсь, меня эти посиделки у Николая очень заинтересовали.

Сделай так, чтобы лед недоверия между вами растаял. Думаю, тебя не нужно учить, как это делается? Сострой ему глазки, сделай пару комплиментов, что-нибудь о силе и интеллекте, и считай, что и этот мужчина твой. Для убедительности можешь пару раз с ним переспать. Постель, она закрепляет отношения. И смотри работай в полную силу!

— А если он спросит, почему я решила изменить Михаилу с ним?

— Обычно мужчины не задают таких вопросов… Разве что какие-нибудь самые недалекие.

Но если что-то подобное прозвучит, скажешь, что у тебя с Чертановым чисто приятельские отношения и никаких обязательств вы друг другу не давали. Понятно?

— Чего уж не понять, — фыркнула Ангелина.

Николай Сдобин мало чем отличался от своего приятеля. В этом Ангелина убедилась при первом же свидании. Оба обожали почему-то экстремальный секс, и она отдалась Николаю на кухонном столе под напористую музыку информационной телепрограммы.

На расспросы Серого она без стеснения поведала ему о своем маленьком приключении, со смехом рассказав о том, что нечаянно столкнула со стола блюдо с закуской.

Но темпераментного любовника брызги хрусталя заставили лишь ускорить темп.

После того как Ангелина закончила свой рассказ, Серый бесстрастно поинтересовался:

— Когда на хате Сдобина намечается очередная гулянка?

— Через три дня, в пятницу.

Ангелина вдруг поймала себя на мысли, что начинает входить во вкус авантюр. Она сама не знала, почему ее притягивает к себе этот опасный человек, взявший над ней такую власть.

В Сером было что-то звериное, почти первобытное. С ним было интересно и одновременно страшно. А опасность, словно сильнейший наркотик, уже сумела проникнуть в ее кровь, и теперь она без конца требовала увеличить дозу.

За все это время Серый притронулся к ней лишь дважды. И то это происходило буквально на ходу, без всякого обычного приготовления, какое случается между мужчиной и женщиной.