Крысятник

 — Он усилил нажим: — Тут для тебя уже сюрприз заготовлен…

— Какой? — не удержался от вопроса Альберт.

— Можешь не сомневаться, приятный. Так сказать, во всех отношениях. Правда, я его малость помял этой ночью, но ничего, товарный вид сохранился… Вон он лежит, попкой кверху… И знаешь, как называется этот сюрприз?

— Как же? — усмехнулся Сафин.

— Валя. Мне кажется, это твое любимое имя. Угадал?

Генерал-майор намекал на случай, когда они, будучи еще курсантами второго курса, навещали по графику медсестру училища.

Но Сафин тут же вспомнил и другую историю, более свежую. Вспомнил также, чем она закончилась. И сделал серъезное лицо:

— Придется отложить это дело. Недосуг.

— Мне тоже не до сук, — с грустью в голосе заметил Севка Самойлов.

— Моих подопечных Смолу и Скока знаешь? — напряженно спросил Сафин, подводя разговор к самому главному.

— Кто же не знает таких людей? Настоящую птицу видно по полету, — удовлетворенно протянул генерал-майор.

Севка Самойлов не любил терять время понапрасну. Наверняка в этот самый момент он поудачнее прилаживался к обещанной Альберту Валечке и свободной рукой держал ее за талию.

— Мне бы хотелось, чтобы их перевели в другой изолятор.

Севка ненадолго умолк, обдумывал сказанное.

— Так, — протянул он задумчиво. Очевидно, в это время его достоинство скукожилось. — А ты хорошо подумал, о чем просишь?

Подобного тона полковник Сафин не ожидал. Неприятно прозвучал вопрос дружка. Жестко. Мог бы и поберечь нервную систему бывшего однокашника.

Хотя, если разобраться, в вопросе генерал-майора крылась своя сермяжная правда. Этапирование воров в законе всегда особый случай.

Этапирование вора сопровождается бунтом заключенных, не желающих расставаться со своим смотрящим. Зона без законника сиротеет. Без папаньки ее обитателей может обидеть каждый.