Крылья огненных драконов

Запахло горелым мясом и шерстью, однако основная часть конницы уже уходила прочь.

– Скверно выглядит, – сказал де Гиссар.

– Скверно, хозяин, – согласился Мюрат, – зато все уступы, кроме центрального, строятся полным ходом. Противник не отказал себе в удовольствии поджарить уйгунов, однако на это время оставил в покое наших строителей. Выходит, ценой потерь мы своего добились.

– Да, – согласился де Гиссар, наблюдая, как от основательно подросших стен уступов уходят со своими щитами вахмистры: их помощь там больше не требовалась.

– Значит, мы все-таки зацепились, – сказал граф.

– Зацепились, хозяин.

По полю носились обожженные лошади уйгунов. Он жалобно ржали, но никто не торопился поймать раненых животных, чтобы прирезать, поскольку их мясо имело резкий привкус и в пищу не годилось.

– Ты видел, что они бросали под ноги лошадям? – спросил граф.

– Должно быть, тростниковые ловушки, хозяин,

– Хитрые, мерзавцы. На все у них готов ответ.

34

Когда последние камни легли в стены уступов, воцарилась неожиданная, непривычная тишина.

"– Ну что же, – сказал де Гиссар, обращаясь к Мюрату. – Пора принимать решение.

– Так принимайте его, хозяин.

– Хорошо. Готовь уйгунов, посылай в уступы гельфигов, и пусть мастеровые расширят стены, чтобы поместилось побольше солдат.

– Я пойду к уйгунам.

– Иди и скажи, что я надеюсь на них. Пусть крючья-тройники станут сегодня самым страшным оружием.

Получив новый приказ, укрывавшиеся в старых уступах гельфиги стали по одному, по два перебираться в новые укрепления. Со стороны лагеря к ним уже бежали длинной цепочкой курьеры, тащившие мешки с черными стрелами – для точной стрельбы, и охапки стрел попроще, обмотанных просоленными веревками.

– Закованные в сталь арбалетчики пытались помешать подносчикам стрел, однако после десятков прямых попаданий по шлемам и накладкам точность их стрельбы ухудшилась.

Ни от кого не таясь, на склонах холмов начали выстраиваться полки пеших уйгунов. Им предстояло сделать основную работу – вскарабкаться на стены, прорубиться к воротам и опустить мост.

Уйгуны вели себя нервно, ожидание давалось им нелегко.