Крылья огненных драконов

Жаль, что ставить ее было еще рано, сначала требовалось обмануть эльфов, не явившись на дистанцию, а уже потом ждать их у дороги.

Снова завибрировал талисман, и Каспар прикрыл его рукой, словно успокаивая. В этот момент с ветки свесилась чья-то рожа и весь лес сразу будто ожил – с обеих сторон дороги, с визгом и улюлюканьем, к всадникам бросились разбойники.

Каспар ударил наотмашь одного, оттолкнул ногой другого, но в следующее мгновение получил по затылку дубинкой. Короткого замешательства хватило, чтобы враги стащили его за платье и принялись избивать ногами и пустыми ножнами.

Неподалеку, словно раненый лев, катался по земле облепленный уйгунами Углук.

Фундинул успел спрятаться под брюхом Шустрика и яростно кусал за руки всех, кто пытался его оттуда вытащить. Приплясывающий от щекотки Шустрик орал по-ослиному и брыкался, пресекая атаки на своего хозяина.

Бертран уже валялся без чувств, однако разбойники не прекращали его избивать, хотя большинство ударов приходилось на доспехи.

Каспар прикрывался как мог.

– Хватит! Остановитесь! – прозвучал чей-то властный голос, и избиение прекратилось. Каспара взяли под руки и, резко подняв, встряхнули. Он поморщился, голова гудела, болели спина и отбитые ноги. Руки спасли грубые перчатки, которые Каспар надевал, когда ездил верхом.

Тот, что отдавал приказы, посмотрел на Каспара оценивающим взглядом, проверяя, насколько реальный образ этого человека соответствует тому, каким он его себе представлял. Пожалуй, лишь рост да стать разочаровали разбойничьего тысячника, он полагал, что Каспар Фрай будет покрупнее. В остальном все сходилось.

Тысячник нагнулся, поднял с земли шляпу Каспара и, отряхнув ее, с насмешливой серьезностью водрузил на голову владельца.

– Ну, здравствуй, Фрай.

– Не имею чести быть знакомым с вами, – ответил Каспар, стараясь вести себя учтиво, чтобы не выбили зубы уж наверняка.

– Я тысячник графа де Гиссара. Мое имя Марвиль. Разумеется, ты меня не знаешь, но я о тебе много слышал. Мы все, – тысячник оглянулся на своих солдат, – мы все о тебе слышали, оттого и били сильно.

Каспар попытался вытереть с лица кровь, но его тотчас схватили за запястье.