Кризисный центр \

Как поступают в современном мире с тёмными ведьмами? Казнят сразу после инициации? Или даже до? Во избежание, так сказать?

Знакомый хрипловатый смешок успокоил. Эрл склонился к ней и подмигнул:

– Тёмной ведьме не по статусу иметь такое невинное и выразительное личико. До какого способа твоей казни ты успела додуматься?

– До сжигания на костре на задворках кризисного центра.

– Ради костра для личной помощницы мастера мы освободим парадное крыльцо, – съязвил Денни.

– Иных, как и людей, судят не за возможность творить преступные дела, а за их реальное совершение, – серьёзно заверил Эрл. – «Тёмная» не равнозначно «злая», как и «светлая» не означает «добрая». Среди ведьм ковена не отыщется мягкосердечных идеалисток, готовых бескорыстно трудиться на благо человечества, и они уж точно не ангелы милосердия, что не мешает им условно считаться «светлыми». Выбор, как жить и каким правилам следовать, остаётся за человеком.

– В ковене нет других тёмных ведьм? – Элен обратилась к верховной, вычленив в успокоительной речи ключевой момент.

– Именно так. Неудивительно, что лаборанты, исследовавшие твою кровь, не смогли определить характер твоих скрытых сил: не существует современных методик, выявляющих тёмных ведьм, из-за отсутствия объектов исследований.

– Меня, в отличие от Денни и всех остальных, сразу навела на раздумья примечательная русская фамилия Элен. Видите ли, мне доводилось читать русские сказки, а после знакомства с моим биофизиком я перечитал их все.

– Что особенного в её фамилии? – нахмурился Денни. – Она же двойная и начинается с какой-то дикой буквы...

– Алёнушка Яга-Лесная – необычное имя для России, да? – обратился демон к замершей на месте Элен. – В садике и школе не дразнили?

– Ещё как дразнили...

– В моём центре не будут, – солнечно улыбнулся Эрл, – ты идеально вписываешься в нашу сплочённую команду.

Ну да, ну да.