Кромешник и его светлое чудо

«Что ж, твой выбор», — без капли эмоций произнес невидимка.

Раздался металлический звон. Из груди мужчины выпал паук.

— Это была последняя проверка? И я ее прошел? Благодарю, мой господин! — Вирекс почтительно склонил голову.

«Не за что», — хмыкнул невидимка.

Из реки вынырнул черный водяной кулак.

— Осторожно!

Мой крик опоздал.

Полупрозрачная смоляная рука обхватила Вирекса и утащила в реку.

Крича, я бросилась к самой кромке берега, чтобы тотчас отскочить.

Место, где я стояла, хлестнуло черным щупальцем.

Новый удар — я отшатнулась.

Обернулась — путь к выходу пересекла широкая трещина, в которой тоже плескалась черная вода.

— Я! Я готов подарить тебе девушку! — Вопль Нириуса ударил по ушам, как молотом.

Мой бывший друг поднял паука и приставил к своей шее. Артефакт голодно вонзил лапки в плоть.

Нириус закричал.

Я застыла в шоке. Замер и гоняющий меня щупалец.

Тело Нириуса изогнуло другой. Кожа на лице стремительно потемнела, потрескалась, покрылась потеками крови.

Но он не чувствовал боли.

Безумец восторженно прокричал:

— Какая мощь! Сколько силы!

И захохотал довольно. Затем резко смолк и хищно посмотрел на меня.

— А теперь жертва, чтобы закрепить ритуал, — пробормотал, гнусно подхихикивая. — Любимая женщина, самое дорогое за могущество... А я ведь любил тебя, милая!

Он бросился на меня — чудом успела отскочить.

— Не уйдеш-ш-ш, — прошипел Нир азартно.

Новый выпад. Мимо. Только почему-то заболело левое предплечье.

Боги, у него же когти выросли! И он ими порвал мое платье, оцарапал руку.

Прыжок Нириуса — мой уход в сторону. Левая нога не нашла опоры — я покачнулась назад.

Что-то темное метнулось ко мне и дернуло за одежду, спасая от падения в черное реку.

Я влетела в стальную грудь Мэтта. Он крепко меня обнял.

— Фил, — выдохнул с облегчением.

Больше ничего сказать не успел. Удерживая меня одной рукой за талию, он развернулся и взмахнул второй.

Вопль Нира. И полузвериное рычание:

— Ненавижу тебя, Джун...

Я попыталась взглянуть на бывшего друга, но Мэтт не позволил, прижав к себе.

— Хорошая моя, не надо, не смотри. Нам пора уходить.

И мы поспешили прочь, подальше от жуткой реки.

Разбежавшись хорошенько, я сумела бы перепрыгнуть через разлом. Но это не точно.

В чем и призналась:

— Боюсь, что испугаюсь и свалюсь в пропасть.

— Не бойся, прыгнешь со мной, — успокоил Мэтт.