Кречет (СИ)

Вот только во мне сейчас уже столько химии, что я воспринял это лишь как досадное недоразумение. И без того тяжёлый игломёт, вдруг превратился и вовсе в неподъёмный. Но я всё же нажал на спусковой крючок, отправив короткую очередь в стрелявшего в меня. Тот скрутился и рухнул на мелкоячеистое стальное покрытие палубы.

Силы начали оставлять меня, и я привалившись к переборке спиной, съехал на задницу. В этот момент ожил ещё один из нападавших. Я едва сумел задрать ствол игломёта и нажать на спуск. После чего провалился в непроглядную мглу.

Глава 13

Грязная штука, политика

— И когда он придёт в себя? — услышал я голос Прапора.

— Инъекция подействует быстро. Сейчас уже очнётся. Ему необходимо поесть. Наниты справятся с ранениями, но коль скоро он не в регенерационной капсуле, то необходимо нормальное питание, а не внутривенное, — ответила наш корабельный врач мичман Белоглазова.

— Я понимаю, поэтому и подгадал момент приёма пищи, чтобы поговорить с ним. Вы ведь после этого опять отправите его в сон.

— Разумеется. Нанитам лучше не мешать. Главное правильно составить кости и предоставить полный покой. Через недельку он поднимется как новенький,"

"Ага. Командир и медик, а значит я нахожусь в мед-блоке «Страшного» и абордаж противника, кем бы он ни был, провалился. Это радует. Значит у меня всё же получилось. Нет. У нас получилось. Вот только интересно выжил ли кто-нибудь из наших. Должны. Как минимум двое, должны. На эсминце две регенерационные капсулы. И если вместе с сознанием ко мне вернулась и боль, значит обе они заняты, а безнадёжных туда не помещают.

— Вот и замечательно. У меня к нему всего лишь пара вопросов. Бумажная работа, м-мать её, — недовольно произнёс Семёнов.

Вообще-то, бумага в делопроизводстве уже давно не используется. Однако когда-то именно она была главным носителем информации. Конечно же не вся документация ведётся на электронных носителях, но на смену бумаге уже давно пришёл композит. Написанное на нем не всякий огонь испортит, вода ему нипочём, и в неблагоприятной среде он разлагается на протяжении пары сотен лет.

— Егор Аркадьевич! — вскинулась медик, на его крепкое словцо.

— Кхм. Прошу прощения, Екатерина Дмитриевна, — стушевался он.

— Вы же можете извлечь всю информацию о ходе боя из управляющего и тактического блоков, — примирительным тоном заметила она.

— Увы, но не всё.

Я решил, что достаточно наблюдаю за происходящим исподтишка.