Красная роза печали

Римма раскричалась, тогда Боря тоже ответил ей в том смысле, что сама бы со своими глистами возилась, а его тошнит. И что вы думаете? До этого послал он документы в Штаты на конкурс в университет в Чарлстоне. Там вакансия, ему уже обещали… а тут вдруг – сразу же приходит отказ! Или Валентина Холмогорова с кафедры свиноводства. Сделала Римме замечание в столовой, так сразу в этот же день, по дороге с работы, сломала ногу. А она женщина крупная, весит много, с трудом перелом зажил, долго в больнице провалялась. Верите, дамы наши считали, что Римма… ну не то чтобы ведьма, но что-то такое умеет, и на работе в ящике столов держали аметистовые щетки.

– Что еще такое? – удивился Сергей.

– Да вот, – профессор смущенно протянул ему кусок кристалла. – Когда кристаллы аметиста вот так срастаются в природе, это и называется – аметистовая щетка. Считается, что это предохраняет от дурного глаза. Лет пятнадцать назад ездили мы в экспедицию на Алтай, оттуда и привезли.

– Да-да, – рассеянно проговорил Сергей. – Знаете, по некоторым признакам можно думать, что убийца – чужой человек, посторонний.

– А я вам о чем говорю? – обрадовался профессор.

– Но у вас там внизу кто угодно пройдет.

– Да, то есть вечером-то народу немного, может, дежурная и заметит, а днем спокойно можно пройти, – согласился профессор.

– Ладно, – поднялся Сергей, – мне бы еще со сторожем поговорить и с уборщицей. Кстати, что вы о них мне рассказать можете? Что за люди?

– Васильич в институте немногим меньше меня работает, все его знают.

– А уборщица?

– Анна Давыдовна?.. Вы знаете, она вообще-то не уборщица. Она раньше на кафедре крупного рогатого скота работала, старшим научным сотрудником. Но вот года два назад несчастье у нее случилось, – профессор поморщился. – Не подумайте, что я сплетни собираю. Просто столько лет в одном котле варимся, все про всех знаем. Так вот, у Анны муж ушел. И она на этой почве даже в больницу попала, в клинику нервную. Долго болела, похудела – одни глаза остались. Раньше-то видная женщина была.