Красивый, плохой, злой... (СИ)

Разве, не видно?

Меня дважды просить не пришлось. Бросила прощальный взгляд на грубияна и отправилась вверх по ступенькам к корпусу вуза. О лекции уже думать не могла. Сев на самую дальнюю парту я достала телефон из кармана, заметив двенадцать сообщений от Лори, которая спрашивала: ""Какого хрена?"". Объясниться было непросто, но я рассказала ей всю правду, даже пальцы устали клацать по сенсору. Пришлось много писать. На что Лори сказала, что на него это чертовски не похоже, будто она знала его хорошо. Неужели, он был настолько известным, что все хорошо его знали?

На следующие сутки я уже и думать забыла о грубияне и тех неприятных событиях в ресторане.

Каково было моё удивление, когда я снова увидела его рядом с крыльцом вуза. Стоял оперевшись спиной на дверь машины, и как всегда с сигаретой в зубах.

Больше всего мне хотелось проскочить незамеченной, но черта с два у меня это вышло. От волнения, я оказалась еще более неуклюжей, чем тогда в ресторане. Я запнулась о первую же ступеньку и упала на колени, громко ахнув. Колготки тут же пропитались кровью. Хотела же сегодня одеть джины, нет же, в юбку вырядилась.

— С тобой всегда такое происходит? — не смог не обратить внимания на тело стоящее на коленях, пытающееся собрать книги с мраморных ступеней. — Вставай, — схватился рукой за мой локоть, и рванул вверх, заставляя меня встать, после чего наклонился чтобы собрать мои учебники.

Сомневаюсь, что за такое стоит благодарить. Ведь он явно был недоволен своим порывом, мне помочь. Так зачем? Стоял дальше бы и курил.

— Спасибо, — процедила я сквозь зубы, вырывая свои книги из его рук, отступая на шаг назад от мужчины, который явно не понимал моей отчужденности.

Ведь он сам это начал. Злой, как сам дьявол.

— Прогуливаешь? — и снова попытка поддержать разговор с его стороны, при этом не стеснялся пускать дым прямо перед моим лицом. Я всем своим видом показала что мне это не нравится и к моему удивлению он выбросил сигарету, выдыхая серый дым в последний раз. — Нехорошо, Розмари, — усмехнулся он.