Красивый, плохой, злой... (СИ)

 — Что между вами происходит? — интересно, что же он ответит.

— Он никакого отношения к ней не имеет, — солгал Райан. — Она его вообще никак не касается. Что за вопросы, отец? — только посмотрите на него какой лжец. Думает я буду молчать. Черта с два. Пусть отец посомневается в правильности его выбора.

— Не правда, — вставил я слово. — Розмари, была мне очень близка. Во всех смыслах этого слова. И я считаю что нельзя считать порядочной девушку, которая бегает от одного брата к другому. Как думаешь отец, это не дурной тон? — как мне было приятно смотреть на взбешенного Райана, который едва усиживал на месте.

Отец не успел и рта открыть, как Райан начал мне угрожать.

— Во-первых, я тебе запрещаю произносить её имя, — спокойно произнес Райан, удивляя своей выдержкой. — Во-вторых, ты никогда не был близок с Розмари. Поверь, я это знаю, — ухмыльнулся Райан, не продолжая договаривать.

— Да что ты знаешь о ней? — меня просто выбешивало его спокойствие. Какого черта, он такой спокойный? — Она простая грязнокровка из провинции.

— Ты уверен? — прозвучал непонятный вопрос из уст Райана.

— В чем? — усмехнулся я, думая что он потерял нить разговора.

Райан встал и подошел чуть ближе, засунув руки в карманы, посмотрев перед этим на отца. Злился, но сдерживал свою злость, потому как не хотел чтобы отец видел его приступы агрессии. У него с этим большие проблемы, с того времени когда я провел их с блондинкой. Теперь, признаться, жалею, что развел их по сторонам.

— В том что готов сдохнуть, из-за приступа смелости? — прорычал на меня Райан, угрожая всем своим видом. — Розмари не аристократка, но она хороший человек. Она не дурной крови. Её родители были чисты и на них нет никаких отпечатков, как и на всей семье в общем, — объяснился Райан, смотря уже на отца. — Я проверял её, потому как у меня на неё планы.

— Ты мне угрожаешь? — спросил я, тоже делая шаг вперед. Он сейчас точно получит своё. В этот раз я в долгу не останусь. Он меня разозлил.

— Хватит! — отец встрял на самом пике нашего зрительного контакта. — Я требую, чтобы вы успокоились. Вы не сможете враждовать вечно. Сколько можно? Не пора ли зарыть топор войны?

Никогда! В его глазах я прочел тоже самое.