Красавец и чудовище, или Любовь против проклятия

Если не получится, то договор будет расторгнут, а Плуту достанется в дар мой бесценный жизненный опыт, что я передала ему. Но у меня же все получится?! Я в это очень верю!

- Где вы возьмете столько денег? – с ужасом шепчет мне на ухо Томас.

- Есть идея. Безумная. Но в этом-то вся и прелесть.

Томас оказался незаменимым помощником в составлении сметы. Он помнил на зубок все цены и до посинения спорил с Плутом:

- А я говорю, что полотно можно купить за девять серебряных монет за рулон. И посуду обновить. Я знаю приличного лавочника…

Уф, можно выдохнуть.

Домой выехали сразу после обеда. Плут не пожадничал. Накормил нас свежей похлебкой и пообещал в точности выполнить мои рекомендации. Томас взял на себя бремя закупки нового материала, Плут – найм работников. Несколько человек пообещал прислать в усадьбу для ремонта особняка.

Домой возвращались в приподнятом настроении. Томас заметно воодушевился:

- С вашим появлением особняк ожил. Знал бы наш господин, какое сокровище досталось ему в супруги!

- Еще узнает, - пообещала я, - и про дом напомню, и про дочь.

- Какую дочь? Выдумаете Дара его дочь?

- Сина сказала, что она дочь господина.

- Это верно. Только Дара его племянница. Дочь покойного брата и почившей супруги. Круглая сиротка.

- Даже так. Что же произошло с ее родителями?

- Темная история. Будет лучше, если господин вам сам обо всем расскажет.

Как только экипаж завернул к подъездной дорожке, встречать нас выбежали все обитатели особняка. И первая Дара. Несется мне на встречу, смотрит пытливым взглядом мне в лицо.

- Помнишь, что обещала?

- Конечно. Я всегда держу свое слово.

Протягиваю ей кулек леденцовых конфет. Восторг в детских глазах. Это так трогает душу. Ей так мало надо для счастья. А мне безумно много. Так, что иногда кажется, что счастье невозможно.

Как же хорошо дома. Я рада видеть Сину. И хромую девчонку. И даже вечно недовольный вид кухарки не вызывает привычного раздражения.

Первое, что бросается в глаза, когда перешагиваю порог дома, это свисающая с потолка паутина.

Слуги замирают, проследив за моим взглядом. А я медленно обвожу глазами холл. Шагаю через анфиладу комнат. Заглядываю на кухню. Потемневшие от копоти стены и потолок. Но этого не может быть! Только несколько дней назад все блестело от чистоты. А сейчас…

Ко мне приблизился Томас. Встал рядом и положил руку на плечо. Произнес тихим голосом:

- Это все проклятье.