Развод с драконом. Попаданка в жену генерала

Он не должен ничего заподозрить. Я сделала крошечный шаг навстречу. Хотя все внутри протестовало.

— Я хочу помочь, — выдохнула я, изо всех сил стараясь играть роль такой же озабоченной хаоситки.

— Ну, мальчик мне уже полностью подконтрольный. Люди и драконы… такие слабые в своих желаниях. Продолжу ждать следующего прорыва.

— И когда он будет? — прошептала я.

— Через день от равноденствия на Новом Восточном рубеже. Хочешь помогать значит?

— Да.

— Мне такая помощница нравится… Но сначала я хочу попробовать тебя.

Его оскал стал шире. Клыки выросли, лицо вытянулось, исказилось, стало вовсе не человеческим.

Я медленно подняла руку и положила ему на щеку. Второй рукой перехватила ту, которой он тянулся ко моей груди.

Хаосит нахмурился.

Я склонила голову. И с ледяным спокойствием произнесла:

— Катись в Бездну.

Он застыл.

Глаза его расширились в изумлении, красный свет в них замерцал дёргано, словно свеча на ветру. Он открыл рот, но… не издал ни звука, ни стона, ни крика. Только судорожный вдох, который так и не превратился в выдох.

Из уголков губ вдруг потекла чёрная смоль. Медленно, густо. Словно кто-то выдавливал из него гной самой Тьмы. Он пошатнулся, сделал полушаг назад… и кулем рухнул мне под ноги.

Оглушительно грохнулось его тело, голова ударилась о кафельный пол, от чего из уха тоже закапало чёрное. Он больше не двигался."

"Я смотрела на него, дыша резко и тяжело.

Мои пальцы ещё покалывало. Ладонь зудела от остаточного жара — но это была уже не боль, а знакомая, почти приятная усталость.

Осколок Хаоса — выжжен дотла.

Тело передо мной дышало… чужой души в нём уже не было.

Я присела рядом с парнем.

Проверила пульс. Он был, слабый, но ровный.

Жив. Лицо бледное, влажное от пота, пальцы чуть подрагивали. Обычная, посттравматическая реакция. Осколок покинул тело. Я направила немного магии на черную жижу и та испарилась.

Я тихо выдохнула. Потом аккуратно, не торопясь, переступила через его тело, надела маску обратно на лицо. Подошла к двери, открыла ее и выглянула в коридор.

Вышла. Никого.

Когда парень придёт в себя, он ничего не вспомнит. Надеюсь, он верно распорядиться вторым шансом на жизнь.

Потом — если будет возможность — я присмотрюсь к нему поближе. Я запомнила его в лицо.

Последние две палаты дались мне с трудом. Ноги налились свинцом, спина ныли от усталости, а в голове всё чаще звенело от перенапряжения. Но я продолжала идти. Чисто на упрямстве.