Кошечка для (дочери) герцога

Конечно, эту неделю я старался убедить себя, что ты лишь враг, который воспользовался моей слабостью. Но как же паршиво было от этой навязанной мысли. И как я рад, что теперь всё встало на свои места. Возможно, в глубине души я всегда знал, что ты никогда бы не навредила ни мне, ни Саре. Но разум настаивал верить фактам и человеку, которого я знал с самого детства. Так рационально, но… глупо.

— Иногда кто-то может стать самым родным куда быстрее, – со счастливой улыбкой тихонько произнесла я. – Мне тоже было очень сложно.

— Не извиняйся. Возможно, это правильно. Не уверен, что мне не пришлось бы отправить тебя в темницу, узнай я с самого начала, что ты оборотень, – он замялся, будто пробуя фразу на вкус. – Хм. Даже говорить такое сложно.

— О, поверь, куда сложнее, когда у тебя вдруг появляется хвост, – я невольно хихикнула, крепко-крепко обнимая Эдварда.

— Значит, ты появилась голой у меня в кабинете?..

— Ага. Потому что превращение застало меня врасплох.

— Ого. А я так легко повелся на историю о мерзавце-бывшем.

— Не волнуйся. Мужчины, в принципе, склонны верить женщинам, которых видели голыми.

Эдвард усмехнулся.

— Значит, и платье Аннит ты разорвала намеренно?

— Да-а-а, в этом она оказалась права. Кстати, где Аннит сейчас?

— Не знаю. Я попросил её больше не приходить, если она не хочет, чтобы мой медальон прошёл проверку на магию приворота.

— Ну… и поделом ей.

— Хотя осознание, что ты в образе кошки наблюдала за нами в постели… – Эдвард протянул последнее слово, вспоминая все наши четырехлапые взаимодействия, – … ещё и слушала мои тяжелые размышления о том, пригласить ли тебя на первое свидание, да?

— Это были приятные издержки.

— Понимаю, конечно, – Эдвард сжал мою ладонь. – Мы можем полететь.

— Нет, не нужно.

— Ого, артефакт, в который смогли уместить магию телепортации? Это тоже сделал Джордан?

— Да. Как и мой амулет.

— А он невероятно хорош…

Я улыбнулась и приготовилась подкидывать монетку.

— Приготовься.

Лишь бы всё пошло по плану…

Глава 29. Судьба союза

Монетка подброшена. Назад пути нет. Мы с Эдвардом уже через секунду стояли в тёмной чаще непроглядного леса. Огромные деревья скрывали небо.