Кошечка для (дочери) герцога

Но вот старик Гарри особо в дела ордена не лез, о новостях слышал лишь от посетителей, которые приходили за посудой, и то отмахивался. У меня была мысль обратиться к какому-нибудь магу, чтобы он помог разыскать хоть кого-то из знакомых, но, будучи преступницей, сделать это сложно.

Вот и этой ночью, когда Гарри уснул ещё до заката в своей спальне, я тихонько забралась на чердак и дождалась там превращения в человека. Всё что у меня было из вещей – это кольцо для оборотней и бумажка из книги Итана.

Будь я магом, который может искать людей, вышла бы хоть на этого паршивца. Ну а так – всё тщетно. Каждый вечер я выводила чернилами новую запись на этом проклятом куске бумаги. Вот и сейчас снова решила написать прямо поверх пресловутого «Прости» маленькую фразу: «Мне нужна помощь». Однако на листе не было свободного места. Так что вряд ли это сработает. По крайней мере, раньше ничего не получалось. В ответ «раздавалась» лишь тяжелая тишина.

— Да уж, – я тяжело вздохнула, сидя на большом старом сундуке.

– Нужно придумать что-то другое…

Я отложила лист в сторону. Никак не пойму. Баба Люба ведь следила за всем происходящим, словно сериал с моим участием смотрела. Где она сейчас? Когда так нужна. В конце концов, я выполнила все условия и добыла поцелуй. Нэнси вот вернула свою форму летучей мышки. Чем я-то хуже? Эх, Нэнси. Она ведь точно меня ищет. Лишь бы не попала в неприятности из-за этого."

"— Наверное, всё потому что Эдвард не так уж сильно меня любил… – разговоры с самой собой стали моей фишкой.

– Хотя о поцелуе «истинной любви» речи и не шло. Да уж. Перед тем как в следующий раз ругаться с ведьмой, попрошу у неё почитать все условия нового проклятья…

— Как правило, они всё прячут под мелким шрифтом.

Я вздрогнула от знакомого голоса, что раздался прямо за спиной. Неужели? Наконец-то!

— Итан! – обернулась так быстро, что чуть не рухнула с сундука.

— Собственной персоной.

Кот широко улыбнулся, демонстрируя клыки, и поклонился.

Он едва-едва помещался тут в полный рост. И выглядел всё таким же… наглым. Будто не бросил меня ни с того ни с сего, ничего не объяснив!

— Ты… ты… ты… – я слов от злости не находила. Хотя чувство было двояким. То ли хотелось его обнять, то ли побить…

— Всё также прекрасен? Да. Я знаю.

— Я тебе сейчас уши кошачьи вырву!

— О-о-о, такими словами женщины ещё не выражали, как рады меня видеть.

— Ты исчез, ничего не сказав.