Кошечка для (дочери) герцога

Однако перед этим нам придется выяснить, как именно оборотни смогли взломать его защиту. Это займёт какое-то время.

Время… что если у меня его не было? Мне срочно нужно было поговорить с бабой Любой. Её проклятье – единственная зацепка в деле обращения стражников. Им ведь может стать хуже. Всё это точно должно было быть как-то связано. Старая ведьма скрывает кучу секретов, и мне нужно их раскрыть. Но как это сделать без Филиппа? Разве что…

Я подняла полный решимости взгляд. Эдвард даже удивился, видя такую мою реакцию на его слова.

— Яна? – спросил он, настороженно смотря мне в глаза.

— Эдвард… – я набрала в легкие побольше воздуха и выпалила на одном дыхании: – Поцелуй меня, пожалуйста.

Обе ладони обхватили руку Эдварда в крепкие, но нежные тиски. У меня был ещё один способ поговорить с бабой Любой. Сниму проклятье. Вернусь на Землю. Приду к ней и спрошу обо всем прямо. И нет, это уж точно не будет концом моей сказки в магическом мире. Я сюда обязательно вернусь. Буду добиваться, чтобы эта кошатница вернула меня обратно к Эдварду.

— Яна, – Эдвард печально вздохнул, – поверь, я очень хочу, но, боюсь, сейчас не время."

"— Нет, именно сейчас мне это нужно как никогда! И, поверь, тебе тоже. Да, за одну ночь произошло много всего, но… если мы сможем позволить себе закончить её этим поцелуем, то хоть на мгновение станет легче.

Я умела настаивать на своём. Да и в моих глазах сейчас было столько трепетной мольбы, что ни один мужчина не устоял бы.

Эдвард молчал. Его непонимание медленно сменилось удивлением, а затем переросло в огонёк тёплой нежности. Он уже давно смотрел на мои губы, и лишь совесть генерала не давала ему сделать первый шаг. Почему он поддаётся страстным желаниям, когда его люди страдают от проклятья? Я видела этот тяжелый крест вины, отражающийся в его взгляде. А ведь виновата во всём здесь была именно я.

— Пожалуйста, – шепнула совсем тихо, приближаясь к нему осторожной птичкой.

Руки Эдварда обвили мою талию. Они словно бы зажили своей собственной жизнью, где делают лишь то, что хочется. Теперь, несмотря на огонь в камине, объятия согревали меня куда сильнее. Я в ту же секунду потеряла свою нарочитую решимость. Не потому что струсила, нет. Просто ноги подкосились. Впервые я испытывала нечто подобное рядом с мужчиной.