Королевство шипов и роз

Уж лучше умереть сегодня, чем жить в постоянном страхе по другую сторону Стены, пока кто-то не оборвет мою жизнь еще более жутким образом.

— У меня есть владения, — тихо и с неохотой сообщил фэйри. — Я позволю тебе жить там.

— С чего это вдруг такая доброта ко мне?

В моем положении вопрос был более чем дурацким, однако…

— Мало того что ты убила моего друга! — взбеленился фэйри. — И не просто убила. Ты содрала с него шкуру, которую продала на рынке, заявив, что он заслужил такую участь. За одно это я мог бы прибить тебя, ничего не объясняя.

Мне показалось, что я прочла у него в мыслях: «Ну совершенно человеческое поведение!»

— Ты мог бы и не говорить про имеющуюся лазейку.

Я подошла к нему так близко, что его жаркое дыхание опаляло мне лицо.

Фэйри не способны врать, но они прекрасно умеют недоговаривать.

От моей наглости он снова зарычал.

— Я допустил глупость, забыв, сколь низкого мнения вы о нас.

Отец прихромал ко мне. Его пальцы сжали мне плечо.

— Послушайте, добрый господин.

Фэйри опять зарычал, и я не узнала, что же означало отцовское «всё». Но одна эта слабая попытка отца встать на мою защиту… для меня она стала ударом ножа в живот.

— Пожалуйста, — дрожащим голосом произнес отец.

Он и сам весь дрожал.

— Помолчи! — оборвал отца фэйри.

Во мне вдруг вспыхнула такая безудержная ярость, что я была готова ударить этого говорящего зверюгу ножом в глаз.

«Раньше, чем ты успеешь поднять руку, он перекусит тебе горло», — охладила мой пыл интуиция.

— Я могу достать золота, — заявил отец.

От его слов меня снова обожгло злостью. Где это он достанет золото? Отец не стыдился попрошайничать, но даже в лучшие времена ему подавали жалкие гроши. Зажиточные люди в нашей деревне — скупцы с черствыми душами. В детстве я верила, что чудовища водятся только по другую сторону Стены. Повзрослев, убедилась: их более чем достаточно и в мире людей.