Королевство шипов и роз

Меня опять поразило изящество его движений. И это — при такой могучей фигуре. «Я убивал врагов на полях сражений еще задолго до твоего появления на свет», — сказал он Ласэну. Я в этом не сомневалась.

— У Амаранты свои игры, а у меня — свои, — с обескураживающей простотой ответил Ризанд. — Здесь с каждым днем становится все скучнее.

— Она тебя отпустила на Ночь огня. Ты времени даром не терял. Не только сам развлекся, но и нас решил позабавить отрезанной головой.

— Да будет тебе известно: подкинуть голову велела мне Амаранта.

Он снова улыбнулся, но одними губами.

— Может, вернешь кочергу на место или мне ждать твоей атаки?

Я молча выругалась и вытащила кочергу из-за спины, продолжая держать ее в руках.

— Ценю твою смелость, но ты только понапрасну растратишь силы, — сказал Ризанд.

Конечно же, он прав. Слишком прав.

— Почему у тебя сохранилось столько магической силы, а у других — лишь жалкие крохи? Я думала, Амаранта отобрала силу у всех верховных правителей.

Ризанд приподнял красиво подстриженную темную бровь.

— Она забрала мою силу. А это…

Я ощутила знакомое прикосновение невидимых когтей. Они снова проникли в мой мозг. Я попятилась и ударилась спиной о выступ, обрамлявший очаг. Когти пропали.

— Это, Фейра, и есть жалкие крохи, которыми я вынужден довольствоваться.

Я знала: Ризанд не бахвалился. Невидимые когти — лучшее доказательство.

— У тебя нет дара оборотня? Значит, такой дар есть не у всех верховных правителей.

— Почему же? У всех. У каждого из нас внутри бродит зверь, жаждущий вырваться на свободу. Но если твой Тамлин предпочитает мех, мне нравятся крылья и когти.

Мою спину обдало холодом.

— А сейчас ты можешь обернуться крылатым существом или она отобрала у тебя эту способность?

— Маленькая человеческая девчонка задает слишком много вопросов.

Но темнота вокруг Ризанда уже начала клубиться, закручиваясь в вихри. Он встал. Я не успела и глазом моргнуть, как он преобразился.

Я чуть приподняла кочергу.

— Это частичное превращение. — Ризанд пощелкал острыми черными когтями, заменившими ему пальцы.