Короткое лето

 – Дмитрий как раз примыкал к цевью своего карабина глушитель.

– Его включать надо, напомню.

– Да помню я.

– А я забываю до сих пор, так что лишним не будет, – оставил я за собой последнее слово. – Все, хватай мешки – и двинули. Идем плотно, обстрела не ждем, а от тварей так лучше, – дал я последнее ценное указание, натягивая рюкзак. – При обнаружении противника действуем скрытно, задача у нас не воевать, а выяснить их намерения. Может, они и не противник вовсе, это тоже учитывать надо. Прыгаем.

Попрыгали «на погремушку», вроде бы не бренчит ничего ни у кого.

Телепорт? Телепорт в подсумке, под рукой. Наша последняя и главная страховка, так сказать. Магазин дробовика заполнен зажигательной картечью, в «сэддле» на цевье пяток «сверхновых». Гранаты зажигательные алхимические, которые в лесу лучше бы не бросать, гранаты с едким газом, против нечисти тоже не годятся, это для людей. «Вортекс» с «ауровизором» передал Дмитрию, себе оставил второй, на базе прицела который. Проверил, как револьвер вытаскивается, он «пустышками» заряжен, дублирует дробовик на случай чего.

Берег ручья достаточно пологий, подняться не проблема. Вскарабкались, очутились сразу на опушке леса, осмотрелись, кто как мог. Вроде бы никаких угроз не видно – если бы не синеватый оттенок и не странные кусты с лохмами серого мха, так и вовсе лес как лес. Саня взял на изготовку свой «суперщелчок» – деревянный жезл с латунными кольцами и выжженными рунами, превращенный в несложное подобие обреза. В его руках штука совершенно убийственная на дистанции метров до двадцати, а мы с Дмитрием даже активировать не сможем, способности нужны.

А как бесшумное оружие для вот таких блужданий по нехорошему лесу штука почти что идеальная, деревья мочалить может.

– Пошли.

Даже тропка есть вроде звериной, только не знаю, кто ее вытоптал. Но тропками все равно гулять лучше, тайга тут замусоренная, а местами среди стволов супротив всех законов природы так и вовсе что-то вроде опавшего кедрового стланика лезет. Только иголки почти черные, и выглядит он так, что к нему близко подходить не хочется.

Лес как из дурного сна, иначе и не скажешь. Вроде и обычно все, и каждая деталь при этом глаз режет. Ну откуда браться колючим лианам на стволах в сосновом лесу? Что за странный мох, что за непонятное дерево среди других, искривленное и словно скрученное неведомой силой? Откуда оно вообще тут взялось, почему таким вот выросло?

Правило номер один, которому обучил меня в свое время Диего, – сторонись всего странного.