Королевская школа. Ледышка

И, само собой разумеется, Эдвард после него подозвал к себе главного советника и принялся обсуждать какие-то правки в вышедший три века назад устаревший закон. Я развлекала себя тем, что наблюдала за танцующими парами и украдкой прислушивалась к беседе, пытаясь вникнуть в суть. Что-то о магии ариев.

А на третий танец меня пригласил какой-то темноволосый мужчина со смуглым хищным лицом. Представился он герром Штольдером, дипломатом из Ремеры. Об этой стране я знала лишь то, что она полностью островная, находится на границе Южного моря и Великого океана.

Я никогда не отказывалась, когда меня приглашали. Хотела в глазах альтеранской аристократии выглядеть взрослой, искушенной, заработать репутацию и уважение. То есть опять ставила чужие интересы выше своих собственных. Потому что именно сейчас, с эти мрачным типом, танцевать мне совсем не хотелось.

После пары минут кружения по залу дипломат поинтересовался:

– Вы разговариваете на ремерском?

– Нет, герр Штольдер, – ответила я.

– А мне говорили, что вся высшая аристократия Альтеи знает языки дружественных стран."

"Я мгновенно уловила оскорбительный подтекст в его словах. Он что, пригласил меня на танец, чтобы уязвить? Искусство дипломатии, которое я только-только начала изучать по книгам, говорило: никогда не поддаваться на провокации и не вступать в спор.

На губах мужчины играла приветливая улыбка, но в глазах застыл холод.

Он и так все знает.

– Обязательно выучу ваш язык, – с улыбкой заверила я его, – вот с сегодняшнего дня и начну.

Ожидала, что мужчина присоединится к моей улыбке и мы закончим разговор на дружественной ноте. Ошиблась.

– Что вы, – заверил он почти искренним тоном, – не нужно торопиться.

Я не успела ответить. И слава Матери. В процессе танца мы разошлись и сделали круг с другими партнерами. А когда сошлись, я уже обуздала злость и вспомнила правила этикета. Герр Штольдер опять начал издалека.

– Ваш акцент такой очаровательный. – Его глаза смотрели на меня снисходительно. – Хотя иногда я не совсем понимаю, о чем вы говорите.