Королевство гнева и тумана

Черные волосы до плеч, румяная кожа, словно бо́льшую часть времени он проводил под солнцем и ветром. Его одеяние не отличалось изысканностью — так мог одеваться ремесленник или торговец средней руки. Его рост был вполне средним, однако тело — сильное и мускулистое, как у юноши.

Что касается лица… по человеческим меркам, это было лицо мужчины сорока с лишним лет. Пожалуй, даже обаятельное. Но все обаяние пропадало, стоило взглянуть в его бездонные черные глаза, в которых пылала ненависть.

— А ловушка-то была совсем простенькая, — сказал правитель Сонного королевства.

Наверное, и слова короля были частью ловушки. Он намеренно стянул на себя наше внимание, а в это время Юриан выстрелил Азриелю в грудь рябиновой стрелой.

Мор закричала.

Мы были вынуждены отправиться вместе с королем.

Правитель Сонного королевства заявил, что стрела смазана «Поцелуем смерти» и яд потечет туда, куда он повелит. Если мы откажемся идти с ним или попытаемся сражаться, яд устремится к сердцу Азриеля.

Я могла бы помочь Азриелю, дав ему глоток своей крови, — но как это сделать, если все мы под пристальным наблюдением?

Азриель едва переставлял ноги. Кассиан и Риз тащили его, держа за руки. Рана кровоточила, оставляя зловещие следы на нескончаемых лестницах, по которым мы поднимались в покои короля.

Я старалась не наступать на кровь. Мы с Мор шли следом за мужчинами. Последним поднимался Юриан.

Никто из нас не осмеливался напасть на короля, шедшего первым. Котел он забрал с собой, стронув с места легким щелчком пальцев и наградив меня ехидной усмешкой.

Мы понимали: угрозы короля отнюдь не пустые. Одно подозрительное движение с нашей стороны — и Азриель умрет.

Замок не пустовал. Теперь мы увидели и караульных, и придворных — фэйцев и существ, породу которых я не бралась определить.

Пустыми были и помещения, через которые мы шли. Ни мебели, ни произведений искусства. Замок казался скелетом громадного чудовища.

Возле открытых дверей тронного зала я остановилась. Он тоже чем-то напоминал тот, в Подгорье. Наверное, здесь в Амаранте взращивали тягу к изощренной жестокости. К белым стенам прилепились шары магического света.