Королевская кровь-12. Часть 2 (СИ)

Вот смотрит на нее нечитаемым взглядом — какой же глупой она была, как долго не понимала этих взглядов! Бьется за нее, греет ночами, учит летать… и тащит вперед на пределе сил, только чтобы она жила.

«Потому что люблю вас больше жизни», — прозвучал в голове его голос, и она затрясла головой, зажмурилась.

Она словно зависла в двух мирах, в двух временах — нынешнем и том, в котором Макс был еще жив. Она слышала, как докладывают за дверью кому-то из начальства о ее самочувствии, слышала, как содрогается земля и трещат стены.

И только когда разгорелись свечи, а пламя над ними вдруг соткалось в огненную птицу, которая метнулась к ней, Алина дернулась от неожиданности и вынырнула из тяжелой дремы.

Видимо, отчаявшись, огнедух сбросил кувшинчик ей на колени — принцесса не успела подхватить его слабой рукой, и он упал на пол, разбившись. Внутри оказался сложенный несколько раз лист бумаги.

Матушка Ксения наклонилась, подала принцессе — и Алина раскрыла его. Выдохнула: выпал оттуда с письмом рисунок, очень схематичный — где она с длинными спутанными волосами, в больничной рубашке, укутанная в плед, сидела в кресле и читала письмо.

Алина потрясла головой, глядя на рисунок. Еще раз потрясла. Заторможенно взяла письмо и стала читать.

«Я только что нарисовала тебя в кресле и с крыльями и поняла, что чувствовала твое возвращение с полчаса назад, — писала Каролина, старательно выводя слова и делая их изящными . — Без тебя мир был не полон, Алинка. Слушай, ты мне снилась ночью, и ты мне говорила: „Я не сдамся без боя“, представь? И еще я видела тебя в светлом капюшоне, как у монашки, с серой лентой!»

Алина все заторможенно смотрела то на рисунок, то на письмо, когда вновь полыхнули свечи: отец Олег понятливо и быстро стал выставлять в песчаный подсвечник еще и еще, — и вновь вылетел оттуда огнедух с письмом.

Теперь оно было от Васи."

"«Алиночка, сестренка, как я счастлива, что ты вернулась! — писала сестра, и Алина ощущала сквозь строки и ее тепло, и ее любовь.