Копиист

Тот упал на плитки и, визжа, держался за ногу, а я громко сказал:

– Сигнализацию я уже активировал, так что стража вызвана. То, что вы воры, которые проникли на чужой участок, это ясно. Но не кажется ли вам, что это наглость – так спокойно тут разгуливать?

– Молодой человек, – проявляя удивительное спокойствие, сказал мужчина. – Я мог бы задать вам такой же вопрос. Что вы делаете на моём участке и в моём доме?

– Ничего себе! – я зло засмеялся. – Это если меня нет дома пару месяцев, значит, его можно вот так занимать?!

– У нас и документ имеется, всё законно, покупка проведена через магистрат.

– Покажите.

– Учтите, что его можно восстановить."

"Однако подойти и взять я его не успел, открылась едва прикрытая калитка, и на территорию стали забегать стражники, держа в руках активированные боевые артефакты и крича, чтобы никто не двигался. Все замерли, я тоже. Особо я не опасался, у меня защита была активной, открыто висела на золотой цепочке на шее, но тоже опустил пистолет и громко сообщил:

– Я Корней Гековский, студент Академии и владелец этого дома.

Стражники нас окружили, зашедший на территорию офицер хмуро осмотрел раненого, которому уже оказывали помощь, и приказал:

– Документы.

Я же повернулся к трём стражникам, что побежали к дому, крикнув им:

– У меня в спальне дочка, не напугайте её!

Мужик полез за документом, который так и не успел достать, а я ответил офицеру:

– Дома документы не храню, они в банковской ячейке.

– К вам доверия уже нет, метки студента в ауре вы не имеете, значит, солгали, – так же хмуро бросил тот, принимая документы у мужчины.

– Нет, потому что я выбор проходил повторно, слетела.

– Как же, слышал про такого студента. Но его ещё три дня назад официально признали мёртвым, после того как выбор закончился и он не вернулся.

– Как видите, вернулся, – пожал я плечами, но мои слова были проигнорированы.

– Что ж, ваши документы в порядке, дом и участок действительно ваши, – сообщил офицер ворам и, повернувшись в мою сторону, жёстко приказал: – Взять!

– Это беспредел! Это мой дом, и то, что вы творите, не по закону.

Самое смешное, пистолет у меня так и не отобрали, и тот оставался в свободно висевшей руке.