Контрактор. Книга 2

Там говорилось имя, фамилия, была прикреплена фотография, и как только приходила оплата, банда приступала к работе. Это была отлаженная схема которую использовали для многих делишек, и при этом гарантировалась полная анонимность заказчика.

— Я уверена что это Лихоимский! Больше некому! — ругалась Марина, когда мы отправились на выход из района. Раз с байкерами покончено, то и делать тут было категорически нечего.

— Скорее всего, — согласился я, обдумывая что делать дальше. С одной стороны нападения на своих друзей я просто так оставить не мог, нужно было устроить что-то в ответ, а с другой у меня не было никаких доказательств что это действительно Лихоимские.

Марина явно была не согласна, но не настаивала.

— А ты правда думаешь вернуться если кто-то тебе пожалуется? — спросила она.

— Кто знает, — пожал я плечами. Посчитал что это красиво на камеру смотрится.

— Да, очень хорошо. Но вообще, это можно сделать чем-то вроде «рубрики» на канале. Ну, люди присылают тебе запросы, а ты их выполняешь. К примеру: «меня ограбила банда из рыбинского района, полиция бессильна».

— Выбивать дерьмо из жуликов и воров? — усмехнулась Надя, идущая рядом. — Не слишком ли это мелко для Охотника такого уровня? Вот ты можешь представить что Филин таким занимался?

— Но Андрей — не Филин! В этом-то и дело! Разумеется Андрей может делать контент как Охотник, но в таком случае он навсегда будет номером два.

— И то в лучшем случае, — добавила Надя.

— К слову, я виделся с ними на днях. Он даже коллаб предложил, хоть я и не очень понял что это такое.

— ЧЕГО⁈ — воскликнула Марина. — И ТЫ МОЛЧАЛ⁈

— А что такого? — не понял я, чего она так всполошилась.

— Да для нас это халявная реклама, понимаешь⁈ Коллаб это когда ты записываешь совместное видео с кем-то.

— А ему это зачем? — спросила Надя.

— Показать что он на одной волне с аудиторией. Следит за новинками и поддерживает талантливых новичков. Он ничего не теряет от этого, только выигрывает. Хотя… может и не надо, — словно что-то вспомнив сказала она и как-то подозрительно резко помрачнела.

— М? — спросил я, заметив это.