Комплекс хорошей девочки

Сегодня вечером, когда я подумала, что мы с тобой, возможно, на самом деле расстались, в моей голове проносились всякие мысли. Я сводила себя с ума.

Купер притягивает мой подбородок к себе и самым легким прикосновением прижимается своими губами к моим. Достаточно, чтобы желать еще и еще.

Его дыхание – теплый шепот на моих губах.

– Кажется, я влюбляюсь в тебя, Кэбот.

Мое сердце порхает в груди.

– О-о.

– Ты и понятия не имеешь, как сильно."

"Он проводит пальцами по моей спине, оставляя на ней огненный след.

Я кусаю его за нижнюю губу, тяну немного, и на нашем особенном языке это означает, что он нужен мне. Сейчас. Нужен, чтобы забрать мою боль. Однако Купер сосредоточен и раздражающе терпелив – снимает с меня майку, затем берет одну грудь в ладонь, а другую облизывает. Сбрасывает боксеры. Я освобождаюсь от нижнего белья, пока он надевает презерватив. Дрожь предвкушения пробегает по мне, когда он проводит членом по моему обнаженному телу.

Купер крепко держит меня, двигаясь внутри.

Неспешные, медленные, томные толчки. Я цепляюсь за него и заглушаю свои стоны, уткнувшись в его плечо.

– Я тоже тебя люблю, – выдыхаю я, дрожа в его объятиях, пока кончаю.

Глава тридцать девятая

КУПЕРЧерез несколько дней после предъявления обвинения Шелли мне звонят из полиции. Из разговора с шерифом я узнаю, что полицейские подобрали ее в Луизиане, где она, должно быть, забыла обо всех неоплаченных штрафах за парковку, которые оставила после того, как очередной «приятель» вышвырнул ее на обочину.

Когда появился ордер из Южной Каролины, шериф Батон-Руж велел перевести ее обратно в Авалон-Бэй.

Мак и мой брат идут со мной в участок, но я заставляю Эвана ждать снаружи, пока мы отправляемся поговорить с шерифом Никсоном. Эван был в такой же ярости, когда узнал, что Шелли ограбила меня подчистую, но я знаю своего брата – у него всегда будет слабость к этой женщине. И прямо сейчас мне нужно сохранять ясную голову, не позволять ничему влиять на мои суждения.

– Купер, присядьте.

 – Шериф Никсон пожимает мне руку, затем садится за стол и переходит сразу к делу. – У вашей матери с собой было примерно десять тысяч наличных, когда парни из Батон-Руж взяли ее.

Облегчение обрушивается на меня, как порыв ветра. Десять штук. Это на пару тысяч меньше того, что она украла, но лучше, чем ничего. Черт, это даже больше, чем я ожидал. Ее не было четыре дня. У Шелли прекрасно получилось бы потратить двенадцать штук за это время.