Конфликт интересов

Она как будто издевается, все никак не опуская голову. Мне снова хочется схватить ее за волосы и теперь уже направить туда, где она нужна больше всего. Я сжимаю кулаки, чтобы не поддаться этой слабости и не испугать Иду.

Наконец она решается и горячие губы смыкаются на головке. Она вылизывает и сосет, вычищая член до скрипа чистой кожи. А я стону, и через секунду мои руки все же запутываются в ее невероятной прическе, подергивают пряди и подталкивают Иду взять глубже. Она давится, но не сопротивляется. Чертов рай на Земле.

Не знаю, как мы приходим к этой точке, но в итоге Ида не двигается, зато мои бедра энергично работают, тараня приветливый рот, и меня выгибает от удовольствия и боли, потому что я хочу кончить, но не так. Подаюсь вперед и, подхватив Иду за подмышки, забрасываю ее на себя. Она охает от неожиданности, а потом смолкает, когда я подминаю ее изящное тело и впиваюсь губами в тонкую кожу шеи.

— Мне хочется капризничать, что ты меня прервал, — задыхающимся голосом произносит она.

— Капризничай, моя сладкая девочка.

Сколько угодно. А я пока займусь делом.

Я протягиваю руку и, взяв клубнику, откусываю кусочек. Веду ею по губам Кошечки, и она приоткрывает рот, высовывая нетерпеливый язычок ровно в тот момент, когда я отодвигаю от нее ягоду. Ида облизывает губы и язык скрывается за ними, я тут же снова подношу ягоду и обвожу ее губы. И снова убираю, когда розовый язычок выныривает наружу. Играюсь с ней так несколько раз, пока ее брови не начинают хмуриться.

— Не злись, — говорю с улыбкой.

 – Ты перекусила, теперь моя очередь. Или ты хочешь клубнику?

— Я пить хочу, — отвечает она.

— Шампанское?

— Оно будет кислым после шоколада.

— Вода?

— Нет, шампанское, — отвечает Кошечка, а я смеюсь.

— Определяйся, я пока налью.

Встаю и откупориваю шампанское с громким хлопком. Ида немного дергается и крутит головой, а я снова улыбаюсь. Садист какой-то, но мне нравится эта игра. И самое сладкое в ней то, что у Кошечки настолько высокий уровень доверия ко мне, что она не сдернула маску с глаз, услышав хлопок.

— Шампанское, — хрипло произносит Ида, а уже через мгновение ее губ касается бокал с пенным напитком.

Ида пытается перехватить у меня бокал из рук, но я отвожу ее пальцы и сам пою ее, тут же собирая губами скатившиеся на подбородок и шею капли. Когда она кивком дает понять, что напилась, я заношу бокал над ее грудью и тонкой струйкой лью шампанское. Оно пузырится при соприкосновении с кожей, и Ида ерзает на простынях.