Конфликт интересов

На кровати будет лежать повязка. Завяжи глаза. Если ты меня попытаешься обмануть, я узнаю.»

— Дура, дура, дура, — бормочу себе под нос, попутно улыбаясь швейцару, открывающему дверь и желающему мне хорошего вечера.

— Добрый вечер. У вас забронирован номер? – вежливо интересуется девушка на рецепции, а я растягиваю губы в улыбке.

— Э-э-э… да. Мой парень уже должен ждать меня.

— На какое имя забронирован номер?

— Лев Толстой.

Девушка совершенно не кривится от нелепости произнесенного мной имени, и с абсолютно серьезным видом просматривает данные в компьютере.

Потом поднимает голову и с улыбкой протягивает мне ключ—карту.

— Номер одиннадцать ноль четыре. Приятного вечера.

Я топчусь на месте, сомневаясь, стоит ли это делать, а потом все же наклоняюсь вперед и произношу:

— Если в течение пары часов я оттуда не выйду, не могли бы вы проверить меня?

— Что? – она растерянно хлопает ресницами, а потом трясет головой. – А, да, конечно. Два часа, да?

— Да.

— Хорошо, мы проверим.

Я скольжу по стойке крупной купюрой, скрытой ладонью.

Потом отнимаю руку, и девушка, не растерявшись, тут же хватает деньги. Ее улыбка становится шире.

— Все сделаем."

"Я киваю и иду в указанном ресепшионисткой направлении к лифту. У меня ноги, словно ватные, и дрожат руки. Я делаю что-то неправильное. Но по ощущениям все именно так, как и должно быть. Ох, Темный, на что ты меня спровоцировал? А, главное, почему я согласилась? Работая в прокуратуре, я насмотрелась на жертв преступлений – таких вот доверчивых девочек, которые приходили к взрослым дяденькам туда, куда приходить не стоило.

В лучшем случае, они отделывались побоями и психологической травмой. В худшем мы осматривали тела.

Я смотрю, как в маленьком окошечке лифта мелькают цифры, поднимая меня на одиннадцатый этаж. Потом прислушиваюсь к своим шагам, которые практически беззвучны в покрытом ковролином коридоре. Номер одиннадцать ноль четыре. Я сжимаю ключ во влажной ладони. Смотрю на часы. Ровно девять вечера.

Прослеживаю, как секундная стрелка добегает до двенадцати, и прикладываю ключ к сканеру. Он негромко пищит, и дверь со щелчком разблокируется. Шумно выдыхаю. Будь, что будет.

В номере довольно темно. Свет исходит только от большого панорамного окна, занавешенного тонким газовым тюлем. На длинном комоде, растянувшемся вдоль всей стены, горят свечи, и стоит небольшая портативная колонка, из которой льется чувственная музыка. Я осматриваюсь по сторонам.