Кондуктор, нажми на тормоза

А там все против меня было. Курить ночью выходил? Выходил. Значит, в дежурку мог сбегать. И в штате, под Бубенцовым остался... Самое смешное, что Радик ушел, а через неделю я за ним, в Афган... Я слышал, он под Гардезом стоял. А я под Гератом, совсем другая сторона... До дембеля месяц оставался, а тут беда – кишлак по запарке спалили. Думали, пронесет, а ни фига – прокуратура, трибунал, все такое. Кто-то на дембель, а я на зону. Такие вот дела. Даже не знаю, вернулся Радик или нет... Ты не знаешь, жив он или нет? Вы ж в одном классе учились.

– Учились. Жив он...

– Как он там?

– Не знаю. Давно дома не была.

Юля не стала говорить Артему, что Радик служит здесь, в ближнем Подмосковье... Правильно сделал Денис, что рассказал про него. Теперь она знала, на кого и как работает Радик. А не знай она нюансов, сболтнула бы сейчас про него Артему...

Нельзя Артему знать про него. Вдруг захочет с ним встретиться? Вдруг узнает то, что ему никак нельзя знать?..

– Я тоже давно не был. Надо бы как-нибудь съездить. Может, с Радиком пересекусь.

– А чего тут знать? Сам себя и сдал, – усмехнулась Юля.

Там, в учебке, сначала Артем повадился к ней, затем Радик. И все через балконы. Ловкость-сила есть, ума не надо. А на нижних этажах люди жили.

– Капитан Ваньчук, он под нами жил. Он заметил, как Радик через балкон лез...

Если точней, Ваньчук сначала думал, что ему померещилось – слишком быстро Радик прошмыгнул через второй этаж. А потом стоны услышал. Ее стоны... Странно, муж на службе, а жена.

– Вот, значит, как ларчик открывается, – не очень весело улыбнулся Артем.

– Все просто, – движением бровей подтвердила она.

– А Радик все на меня думает... Ну да ляд с ним. Что было, то прошло. Зато мы с тобой остались...

– Даже не думай...

– Здесь и сейчас – и не думаю. Народу много, стукнет кто... Может, как-нибудь пересечемся?

– Может быть, когда-нибудь...

– О! Это уже что-то...

– А если точней, то ничего.

– Почему?

– Мы с тобой по разные стороны баррикад, вот почему. Ты – бандит, я же – твоя предполагаемая жертва. Ты и сейчас на меня как на овцу смотришь. Сначала попользуешь, а потом на шашлык...

Какое-то время Артем смотрел на нее насмешливо-понимающим взглядом.

– А ты не глупа, мать... Но ты, правда, самая лучшая. Расфуфыренные фотомодельки рядом с тобой не стоят. Они пустые, а ты умная. Они фальшивые, а ты настоящая...