Кондуктор, нажми на тормоза

Радик видел, как он закрыл дверь на кухню, подошел к Юле сзади, снял с нее фартук, вдруг резким движением задрал халат, а ее саму согнул в поясе... И такая волна возмущения всколыхнулась в нем, что палец сам по себе шевельнулся на спусковом крючке. И плевать, что стекла пуленепробиваемые, зато выстрел вспугнет мерзкого похабника...

Но Юля сама распрямилась и, оттолкнув Артема, оправила халат. Что-то гневно выкрикнула в его адрес, он стушевался и убрался с кухни... Не вышло у Артема ничего. Но облегчения Радик не почувствовал.

Ведь этот гад все равно добьется своего – не на кухне, так в супружеской спальне. Он пьяный, он настроен на секс, и никуда Юля от него не денется...

Юля остыла, накрыла стол и позвала мужа и дочь. Артем зашел на кухню, глянул на окно, встревоженно наморщил лоб и плотно закрыл жалюзи... Понял, что может стать жертвой снайпера, потому и закрыл. Значит, не бронированные окна у него на кухне...

Радик досадливо закусил губу. Надо было сразу стрелять, так нет, сам себе голову заморочил.

И еще этот приступ ревности, который он испытал, когда Артем пытался поиметь свою жену... Его испугал этот приступ. Нельзя впутывать в дело личные мотивы, так недалеко и до роковой ошибки. Что, если стекла все-таки пуленепробиваемые? Что, если бы он все-таки выстрелил, поддавшись чувствам?..

И не должен он ревновать Юлю. Она ему не жена и даже не любовница. Нет ничего между ними, кроме прошлого. У него своя жизнь, у нее своя. Она уже и забыла его в бесконечной череде дней и событий.

Она – чужая жена, он не имеет никаких на нее прав... Нет, не должен он ревновать ее. Но ревнует. Ревнует же!..

Сейчас Артем поужинает, затем затащит Юлю в постель... Для них это будет буднично и банально, а Радик уже сейчас места себе не находит. Не хочет он, чтобы Юля была с кем-то. Не хочет!.. Пусть она будет без него, лишь бы ни с кем... А еще лучше, пусть она будет с ним! А почему бы и нет?.. Кто может помешать Радику сделать ее вдовой?..

Большая стрелка часов приближалась к двенадцати, когда на балконе возникло какое-то движение.

.. В окуляре ночного прицела лицо человека казалось зеленым фосфоресцирующим пятном, но, присмотревшись внимательно, Радик выделил знакомые черты. Это был Артем. Он действительно вышел на балкон покурить. Не зажигая свет, открыл створку остекления... Теперь он точно беззащитен. Радик мог стрелять...

Но палец словно закоченел на спусковом крючке... Вспомнился вдруг момент, когда Артем не смог застрелить его.