Конец света отменяется

– Эти все тоже с нами? – поинтересовался Володя, видя, как, кроме ребят, Евлампия Харлампиевича и Вадькиной мамы, в салон мини-вэна лезут сперва Соболев-папа, потом Соболева-мама, волоча за собой Мотю… а у дверцы уже выстроились музыканты «Дикого соболя» и вся компания манекенщиц.

– В свою машину садитесь! – рявкнул Соболев-папа, решительно захлопывая дверцу. – Что вам тут, маршрутка в час пик?

– Вот так-то лучше, – обрадовался водитель, выжимая педаль. – Куда едем, командир? – осведомился он у Вадьки.

– Никакой он не командир! – краткая передышка позволила Надежде Петровне собраться с мыслями. – Мы сейчас же едем в пансионат, забираем вещи и возвращаемся домой! А уж дома я с тобой поговорю! – угрожающе пообещала она сыну.

– Видишь, Матвей, как деспотично некоторые матери относятся к своим детям, – наставительно объявила Соболева-мама. – Я тебя совсем по-другому воспитывала!

– Наверное, именно поэтому он минирует мой аквапарк, а чужие дети – спасают! – разозлился Соболев-папа.

– Он наивный, чистый мальчик, его обманули!

– Не столько чистый, сколько мокрый, – пробормотала Кисонька, старательно отодвигаясь от Моти.

Мини-вэн выбрался из толчеи машин, Вадька перескочил на сиденье рядом с водителем и, близоруко щурясь – очки утонули, – уставился в лобовое стекло.

– Так куда едем? – сворачивая на трассу, спросил Володя.

– Володя, вы ребенка спрашиваете? Я просила ехать в пансионат! – возмутилась Надежда Петровна и… недоуменно уставилась на окружающих ее людей.

Все смотрели на Вадьку: и ребята, и Соболев-папа, и шофер через зеркальце над ветровым стеклом, и даже Соболева-мама! Тот криво усмехнулся, через плечо покосился на маму – ох, и будут дома разборки! – и негромко скомандовал:

– В пансионат так в пансионат, раз мама велит… – и отрывистым, как щелчок хлыста, командирским тоном добавил: – Только очень быстро, а то упустим!

Надежда Петровна опять хотела возмутиться, но Володя вдавил педаль газа, и женщину швырнуло на сиденье.

– Я догадалась! – вдруг завопила Катька, взмывая над сиденьем в такт тряске. – Это ваши конкуренты, больше некому! – тыча пальцем в Соболева-старшего, верещала она.