Когда боги смеются

Ольга говорила, что до метро от этого дома никакой общественный транспорт не ходит, нужно идти пешком переулками, и занимает это минут пятнадцать. Павел хотел было сесть в машину и доехать до метро, а там подождать человека с кофром, по в последний момент сообразил, что тот может оказаться местным жителем и идти вовсе не на метро, а к себе домой. Павел, как дурак, станет высматривать его на платформе, а он уже давно будет пить чай в своей квартире. Или, допустим, не войдет и метро, а сядет в автобус, который там останавливается.

Придется идти за ним следом под дождем. Тоже мне радость...

Мужчина шел быстро, и, двигаясь за ним по пятам, Павел оказался возле метро уже минут через десять. Ольга явно определяла время в расчете на прогулочный шаг и высокий каблук.

В вагоне метро Павел сумел как следует рассмотреть предполагаемого шантажиста (в глубине души Плетнев все-таки допускал мысль, что ошибся, мало ли людей ходит по городу с видеокамерами, а то. что именно на те окна посмотрел, так это простое совпадение).

Ничем нс выдающаяся личность, молодой парень лет двадцати или около того. черты лица несколько неправильные, асимметричные, как бывает у психически больных людей. Но это ведь может быть и от природы или вследствие какой-нибудь соматической болезни. Парень пребывал в глубокой задумчивости, периодически губы его расплывались в улыбке, как будто он мечтал о чем-то необыкновенно приятном.

Проехал он всего одну остановку и на станции ""Китай-город"" пересел на Рижскую линию. ""Странный он какой-то, - с недоумением подумал Павел.

- Мог бы сразу с ""Новокузнецкой"" перейти на ""Третьяковскую"" и ехать без пересадок. И о чем он только думает?"" В этот момент парень с кофром снова задумчиво улыбнулся, и Павел со злостью ответил сам себе: ""Как это о чем он думает? О деньгах, которые хочет с Лельки слупить. Небось сейчас мысленно их тратит, вот и улыбается, козлище. Руки чешутся шею ему свернуть. Ей-богу, пришиб бы как поганого таракана, если бы не боялся, что за это посадят. Угрызения совести меня бы уж точно не мучили"".

Они доехали до станции ""Свиблово"", где парень наконец вышел. Еще несколько минут пешком, и он вошел в подъезд дома, такого же ничем не примечательного, как и он сам. Павел даже удивился, как легко ему удалось проследить за шантажистом. Ему всегда казалось, что слежка - дело чрезвычайно тонкое и трудное, но это, наверное, тогда, когда человек опасается, что за ним могут следить, и все время проверяется.