Пояс Ориона

Под стеклянным колпаком были соблазнительно выложены булки и пирожные, и в другое время Тонечка с удовольствием выбрала бы себе вкусное, но сейчас ей не до сладкого."

"– Вы не пугайтесь, – сказал Степанов, когда они пристроились за крошечный круглый столик. – Ничего страшного, нам просто нужно поговорить.

Тонечка пожала плечами:

– Не то что я пугаюсь, просто не очень понимаю, о чём вы хотите со мной говорить. Я про ФСБ только фильмы смотрела.

– Речь о вашем приятеле Ермолаеве, – начал Степанов. – Вернее, не столько о нём, сколько о роде его занятий.

– Он повар, – пробормотала Тонечка.

– Он вор, – продолжил фээсбэшник, и Тонечка чуть не упала со стула. – Высокой квалификации. Очень известный в определённых кругах.

– Да бросьте, – проговорила Тонечка растерянно. – Это невозможно.

Степанов улыбнулся ей ободряюще.

– Вы же толком его не знаете, правильно? Он приятельствует с вашим мужем, да и то не слишком тесно и не слишком давно, насколько я понимаю.

Тонечка хотела было сказать, что Кондрат старый друг её мужа, но в последнюю минуту поймала себя за язык.

В такой ситуации лучше помалкивать и слушать!

К столу подбежал взмыленный официант и кинул перед ними две потрёпанные карточки меню.

– Два кофе, – остановил его Степанов, как раз когда тот собрался отбегать. – Отдельно сливки и сахар. Больше ничего не нужно.

Официант, кажется, немного обиделся, схватил карточки и исчез.

– Мы разрабатывали все связи Ермолаева, – продолжал Степанов, – и вас с мужем в том числе. Вы знаете, где он сейчас?

– Кто? – не поняла Тонечка.

– Ермолаев.

– В КПЗ, – растеряно вымолвила она, – а вы не знаете?

Сергей Александрович посмотрел на неё с некоторым удивлением:

– Нет, не знаю. Я только вчера приехал.

– А позавчера его забрали в кутузку.

– Это неожиданно, – пробормотал Степанов. – Мы ничего такого не предполагали. И за что?

– По подозрению в убийстве жены.

– Этого не может быть, – сказал Степанов с ещё большим удивлением. – Он вор, очень квалифицированный, он никогда не пойдёт на убийство!.

…Её муж тоже то и дело повторял, что Кондрат не способен убить! Что это невозможно. Что так не бывает.

…Знал, чем тот промышляет?..

– Ну, это я всё выясню, – продолжал Сергей Александрович. – А к вам у меня просьба. В последний раз Ермолаев украл вещь, которую… красть было никак нельзя. Это очень серьёзно. В той стране, где он её украл, ему вынесен смертный приговор за оскорбление святыни.

– Господи боже мой, – пробормотала Тонечка.