Хочу вернуть тебя

О, об этом я уж точно мог поведать дочери. Потому, стащив с себя спортивные штаны, улегся на тахту, белье на которой постелила мне одна из девушек, что прислуживали в этом доме и, протянув руку дочери, которую она тут же сжала крохотными пальчиками, начал рассказывать.

Когда провалился в сон, понял не сразу. Сначала вроде бы заснула Лена, затем я написал Еве. Коротко обрисовал ей все, что узнал, но, не дождавшись ответа, отложил телефон и отрубился.

Мне снилось, что Лебедева со мной. Лежит рядом, ластится, как кошечка.

Я даже прижал ее к себе сквозь сон и, закинув одну ногу на Еву, блаженно улыбнулся. Та продолжила тереться об меня, порядком возбуждая. Черт, если так дело пойдет, отправлю все свои желания отоспаться куда подальше.

Только нужно быть осторожнее, ведь она носит моего ребенка.

- Ты ведь беременна, - проговорил сбивчиво, потянувшись к Еве и прижавшись губами к ее шее.

- Ничего страшного. Я так тебя хочу, - почему-то ответила она голосом… Августы.

Я вскочил на постели, как ошпаренный.

Глаза тут же нашли в полумраке бывшую женушку собственной персоной, которая умостилась рядом на тахте и сейчас смотрела на меня, улыбаясь во все тридцать два. Халатик на ней был призывно распахнут, а сама она даже не думала его как-то поправлять, чтобы прикрыться.

- Что ты здесь делаешь? - зашипел я, отступая на пару шагов, словно зверь, которого загнали в клетку.

Августа, как ни в чем не бывало, пожала плечами.

- Пришла к своему мужу. Обычно так делают ночами все жены.

От заявления, которое выдала Августа, я бы расхохотался в любой другой ситуации, но не сейчас. Во-первых, боялся разбудить и без того заворочавшуюся Ленку, во-вторых, абсурдность сказанных слов была настолько огромной, что мне стало не до смеха.

- Убирайся, - велел я, указав на дверь.

- Фу! Какой ты злой, - покачала головой Августа.

Впрочем, все же грациозно поднялась с постели, прошла мимо меня, немного задержавшись.

- Но вообще, я, конечно, заслужила. Только теперь хочу сделать все, чтобы ты меня простил, милый.

Она улыбнулась, по-театральному смутившись и, все же выйдя из детской, плотно прикрыла за собой дверь. Подскочив к ней, я заперся на замок, хотя сильно подозревал, что у Августы имеются все возможные ключи от всех возможных дверей в этом доме.

- Папочка… уже утло? - раздался от кроватки голосок дочери.

Я вернулся на тахту и, вновь устроившись на ней, сказал:

- Нет, кисуль, до утра еще далеко. Спи.