Кодекс Крови. Книга II (СИ)

Неужели рабство? Но они обе аристократки и состояли в браке с Крысиным…

— Наш покойный супруг слишком хорошо играл в карты, — как само собой разумеющееся пояснила Одуванчикова, — а вот наши отцы — плохо.

— И при этом за столом присутствовал ещё и князь Мышкин? — наобум предположил я и, судя по выражению лица жён Крысина, попал в точку. И здесь, сучёныш, руку приложил. — Сударыни, сути моего предложения ваше положение не меняет. Я уничтожу документы собственности и долговые расписки, если они есть. Повторюсь, вы вольны сами выбирать свою судьбу.

Пару минут стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь тихим сопением детей. Старшие удерживали на руках младших, позволяя им поспать хоть немного.

— Я принесу вассальную клятву, если позволите продолжить заниматься своими проектами, — первой отозвалась на свой страх и риск Одуванчикова.

— Если эти дела не нанесут моральный материальный, финансовый и репутационный ущерб роду Комариных, то на здоровье, — отмахнулся я, ожидая второго решения.

— Я принесу вассальную клятву, — твёрдо глядя мне в глаза, произнесла Белецкая, — мне некуда возвращаться, ещё и с дюжиной наследников. Тем более, есть шанс передать хотя бы титул кому-то из детей.

— А вот здесь кроется не меньшая загвоздка, — вынужден я был разочаровать Белецкую. — Перед началом войны ваш супруг возвёл в ранг официального наследника своего бастарда.

Ох, как же она цветасто ругалась. Я даже заслушался. Никогда не думал, что женщина со столь ангельской внешностью сможет так фигурально выражать свои мысли.

— Так, он он же вроде бы умер, — с некоторым сомнением покосилась Одуванчикова на дюжину детей по лавкам, самые старшие из которых всё слышали.

— Вроде бы, да не совсем! — честно предупредил девушек, — поэтому на самом деле выбор у вас небольшой.

— Барон, а вам жёны не нужны случайно? — всё так же бесстрашно предложила Одуванчикова, быстро просчитывая и проговаривая возможные варианты.

Белецкая только шипела на рыжулю с её предложениями, а я ни с того, ни с сего рассмеялся. Да что ж за день такой-то сегодня? Женщины на меня просто-таки табунами прут.

— Вынужден отказаться, сударыни, от столь лестного предложения, — я отсмеялся и, наконец, смог ответить.