Книгоходцы особого назначения

Никогда! Ты меня поняла?

— Д-да… — Иола побледнела и сделала маленький шажочек назад.

Чего это она? Я перевела взгляд на Ивара. А-а, просто кое-кто сильно разозлился. На висках и щеках парня выступили черные чешуйки, тыльная сторона рук тоже покрылась чешуей, а ногти начали превращаться в когти. Похоже, он с огромным трудом удерживался от боевой трансформации.

— Иола, шла бы ты… — произнесла я и поднялась из-за стола. Подошла к Ивару, пристроилась рядом и обняла его за талию. Одна его рука тут же обхватила меня за плечи и прижала к себе.

— Ты-ы-ы… — выдохнула эльфийка, глядя на меня так, словно хочет закопать на месте. — Проклятая шл…

— Иола! — изменившимся голосом пророкотал Ивар, и я поняла, что сейчас кому-то будет плохо, очень плохо. Как бы не пришлось потом отскребать от пола кровавое пятно, а парня после этого исключат из школы за убийство.

— Ступай, Иола, ступай. А то я ведь тебе за «шлюху» тоже могу что-нибудь в ответ сказать, — ласково улыбнулась я.

Эльфийка переменилась в лице и начала пятиться, не отрывая взгляда от Изверга. Я глянула вверх и вздохнула. Чудище заморское было уже почти во всей красе. О-хо-хонюшки…

— Ивар, посмотри на меня! — Встав перед ним, я обхватила ладошками его почти изменившееся лицо и заставила взглянуть мне в глаза. — Ивар! Я здесь, она ушла. Меня никто не обижает.

Глава 8

О том, что дерханов нельзя приворожить, и о практическом занятии с Аннушкой

Серые глаза смотрели на меня, и я видела, с каким трудом парню удается отогнать ярость. Да эта Дексова чокнутая! Ну ладно я, у меня не все дома, к тому же про психованных дерханов и слышать никогда не слышала, а потому доводила соседку и Изверга по полной программе. Просто не осознавала последствий. Но у Иолы-то должно быть хоть немного мозгов и инстинкта самосохранения?

— Изверг, держи себя в руках, — тихо сказала я, не позволяя парню отвести взгляд.

— А можно я буду держать в руках тебя? — неожиданно спросил он и крепко обнял.

— Можно, — вздохнула я. — Тебе, Ивар, можно.

— И все же у тебя очень странное понимание того, как надо успокаивать дерханов, впавших в неконтролируемую ярость, — со смешком сказал он спустя минуту, все так же крепко прижимая меня к себе.