Книгоходцы особого назначения

— Щ-щас в-в с-сос-сульку превр-ращусь, — клацая зубами, выдала я и громко чихнула.

— Беги скорее, а то простынешь, — шмыгнув носом, улыбнулся парень. На секунду сгреб меня в охапку, поцеловал и подтолкнул к крылечку. — Увидимся попозже, да?

— Ага! — Я несколько раз кивнула, снова оглушительно чихнула и, прыснув от смеха и смущения, нырнула в общежитие.

По ступенькам я взлетела на свой этаж, чтобы хоть немного согреться, и забежала в нашу с Лолой комнату. Там все было так же, как я оставила вечером своего дня рождения.

Я замерла над постелью, пытаясь понять, что это значит. Медленно провела рукой над простыней и подушкой, после чего отошла подальше и позвала:

— Мырька! Ты мне срочно нужна.

— Ну? — Спустя несколько секунд передо мной появилась домовушка. — Чего надо, Золотова? Некогда мне!

— Мырька, взгляни на мою постель, пожалуйста. Ты ничего не замечаешь?

Недовольно нахмурившись, домовушка подошла к кровати и начала принюхиваться.

— Я за Карудой! Ничего не трогай! Ни к чему не прикасайся, а лучше вообще выйди из комнаты! — резко приказала она мне и исчезла.

В итоге нашу с Лолой комнату осматривали и обыскивали госпожа Каруда, Мырька, спешно вызванные магистр Даяна Лайвас, Аннушка и ректор. Как оказалось, ядом были политы обе кровати: и моя, и Лолы. Подушки так даже оказались чуть влажноватыми, столько в них вбухали отравы.

Мрачные преподаватели перетрясли все вещи, проверили помещение, желая убедиться, что больше нигде не подсыпано нечто ядовитое. К счастью, все прочее злоумышленник тронуть не успел или не захотел. Меня потом долго допрашивали, кого подозреваю и с кем у нас вражда, но, кроме Иолы Дексовой, я никого назвать не смогла. В другой ситуации я бы не стала ее упоминать, но тут уже не шутки. Хорошо, что меня предупредил артефакт.