Князь Тьмы и я. Книга вторая

Но в бой не вступал, у него была совершенно иная задача — схватить содрогающееся в агонии тело и отшвырнуть его к вампирам. Те уносили тела. Головы не трогали, а вот тела уносили… и я догадывалась, что в крематорий. Не догадывались об этом лишь главы домов Харнан, Эторс, Текрад и Мортем. Отцы, которые, увидев поутру головы сыновей, присягнут на верность дому Даркан и будут униженно молить о пощаде, даже не догадываясь, что уже будет слишком… поздно.

— Тэранс, это чудовищно, — прошептала я.

— Нет, княгиня, это гениально, — с нескрываемой гордостью за своего князя произнес тысячник.

А затем, чуть призадумавшись, добавил:"

"— Вот только когда вскроется вся правда, дома Харнан, Эторс, Текрад и Мортем могут настоять на том, чтобы Даркан взял в жены их дочерей, но, думаю, князь что-нибудь придумает. Он у нас очень умен. Я горжусь тем, что мне выпало служить столь выдающемуся князю, это действительно честь.

Мама, забери меня отсюда…

А тем временем до боевиков нападающих домов дошла столь невероятная истина, как та, что их княжичей тупо мочат вообще безнаказанно.

Но над всем этим раздался спокойный голос князя.

Я не поняла, что он сказал. Вообще ни слова не поняла. Но в ту же секунду бой прекратился, а Даркан оторвал последнюю голову и Навьен отшвырнул к покореженным стенам последнее тело.

— Что он сказал? — в ужасе спросила я у Тэранса.

— Ммм, ну как бы намекнул, что оторванные головы предмет хрупкий, — весело ответил тысячник.

Ему действительно было весело. Если вначале Тэранс был напряжен, и напряженно следил за боем, то вот теперь, когда все практически закончилось, он расслабился и да — ему было весело. Просто весело.

— Они все рассчитывали, что Даркан слишком молод, и соответственно эмоционален и неопытен, даже на человечке женился, поддавшись юношеской импульсивности. Недооценили они нашего князя, придурки.

«Каиль, не играй с ним» — вспомнились мне слова Навьена.

И вот что-что, а играть с этим князем точно не стоило.

И у меня всего один вопрос остался:

— Тэранс, а тебе самому не… жутко?

Тысячник помрачнел, вздохнул тяжело, и ответил:

— Если честно – немного. У князя блестящий ум, но то с какой легкостью он играет чужими эмоциями, мотивами, планами и целями — напрягает. Игра в бога заканчивается плохо что у людей, что у вампиров.