Клич чести

Сердце Гвен замерло, когда она осознала, что эти несколько рыцарей, которых они убили, были всего лишь экспедиционной группой, небольшой прелюдией к тому, что должно было произойти. Теперь на них надвигалась целая армия в полном составе. У них не было никаких шансов защитить себя. И бежать им было некуда.

Штеффен вышел вперед, бесстрашно подняв лук, собираясь выстрелить. Гвен была потрясена его отвагой, его бесстрашием, но понимала, что это проигранная битва.

«Штеффен!» – выкрикнула она.

Он обернулся и посмотрел на нее, когда девушка положила руку ему на запястье.

«Не надо», – попросила Гвен. – «Мы не сможем победить. Ты мне нужен в другом месте. Уходи отсюда. Беги и передай сообщение Тору и Легиону. Вели им найти меня, где бы я ни была. Вот что мне нужно».

«Миледи, я не могу оставить Вас», – возразил Штеффен широко раскрытыми глазами. Армия приближалась, поэтому ему пришлось повысить голос, чтобы она его услышала.

«Ты должен!» – настаивала Гвен. – «Я требую, чтобы ты ушел! Если ты заботишься обо мне, ты уйдешь.

Развернувшись, Штеффен побежал через поля.

Гвен стояла в одиночестве, встречая приближающуюся армию. Рядом с ней был только Крон. И хотя девушка дрожала внутри, она решила этого не показывать. Гвен выпятила грудь вперед, подняла подбородок и гордо стояла на холме, отказываясь спасаться бегством. Крон зарычал на этих людей, не показывая и толики страха, и девушка решила соответствовать его храбрости.

Через несколько мгновений они уже добрались до нее. Сначала раздался глухой стук копыт, поднявший пыль вокруг нее. Затем она увидела хмурые взгляды сердитых мужчин, которые неслись прямо на нее, держа в руках толстые веревки, чтобы связать ее. Бесстрашный Крон храбро бросился вперед и оторвал руку первому мужчине, который приблизился к Гвен.

Но в этот момент другой воин поднял свою дубинку и ударил ею Крона по спине.

Крон прыгнул на другого солдата, вонзая свои клыки ему в горло, отчего тот закричал. Второй воин нанес Крону удар своей булавой, но леопард все равно не отпустил свою жертву, пока, наконец, третий воин не забросил на него сеть, связывая животное.