Клич чести

 – «Потому что сейчас мы получим от тебя письмо, а затем снова закуем тебя в кандалы, изнасилуем и станем мучить тебя всю ночь!»

Они оба разразились громким смехом.

Как только мужчина закончил снимать с нее вторую цепь, Луанда приступила к действию. Каждая пара кандалов была прикреплена к стене трехфутовой цепью – одна дужка была на ее запястье, а другая – на стене. Когда ее тюремщик отцепил одну пару кандалов со стены, оставляя ее запястье все еще прикованным и связанным с цепью. Девушка поняла, что у нее есть только этот шанс.

Луанда развернула свое запястье, все еще скованное кандалами, взмахнула тяжелой железной цепью над головой и со всей силы опустила ее, целясь в лицо тюремщику, когда он беспечно встал спиной к ней.

Они ее недооценили. Тюремщики не ожидали, что у нее еще имеется запас сил, что она намеревается использовать его, что она обладает знанием и хитростью дочери короля, которую всю жизнь обучали лучшие королевские воины.

И это была их последняя ошибка.

Луанда призвала на помощь все свои умения, каждую унцию своей храбрости, размахивая цепью вверх и вниз на лицо тюремщика.

Цепь с тяжелой железной дужкой на конце полетела вниз, угодив прямо мужчине в нос. Это было идеальное попадание, она сильно его ударила, разбив ему переносицу, заставив его отлететь на несколько футов. Он рухнул на пол, закричав в агонии. Он выронил из рук раскаленную железную кочергу, схватившись за лицо.

Ни минуты не колеблясь, Луанда взмахнула другой рукой и прицелилась в горло другого тюремщика, когда тот допустил ошибку, повернувшись к ней спиной, глядя на своего друга.

Мужчина неистово задергался, и Луанда, схватив его, держала изо всех сил, пока он сопротивлялся, сжимая все сильнее и сильнее. Он делал все от него зависящее, чтобы освободиться, но девушка душила его что было сил. Протянув руку, тюремщик снова и снова пытался снять цепь со своего горла, но ее хватка была слишком сильной.

Другой тюремщик медленно заворочался на земле, постепенно поднимаясь на руки и колени. Луанда молилась и надеялась на то, что у нее будет время задушить этого человека намертво до того, как второй приблизится к ней.

Она сжимала все сильнее и сильнее, в то время как мужчина кричал, сопротивляясь, издавая гортанные звуки, изворачиваясь, как дикий зверь.