Клад тверских бунтарей

Тверской князь отдал команду, и стражники утащили Кубаря в темницу.

Микулинский с Савельевым поднялись в гостевую залу дворца. Там Дмитрий попросил вызвать воеводу Опаря.

Тот прибыл тут же. На лице его было написано крайнее недоумение."

"— Долгих лет тебе, князь! — Он поклонился Микулинскому, потом повернулся к Савельеву. — И тебе тоже, Дмитрий Владимирович.

— Здравствуй, Петр Данилович. — Микулинский указал на скамью. — Присаживайся, воевода.

Тот сел на лавку, взглянул на тысяцкого и спросил:

— А в чем дело, Дмитрий Иванович?

Микулинский вздохнул, кивнул в сторону Савельева и ответил:

— Думаю, князь нам все объяснит.

Савельев не стал вдаваться в подробности предстоящих действий у Черного леса.

Он сказал только то, что должны были знать тверской тысяцкий и воевода Опарь:

— Объяснять-то особо и нечего. Просто я по пути в Новгород случайно задержал трех мужиков, шедших к Твери. Сам не знаю, почему они показались мне подозрительными. Но было в них что-то настораживающее. Приказал им остановиться, а они в бега ударились.

Мои ратники догнали. Оказалось, что старший их тот самый Лавр Кубарь, изба которого сгорела, а семья исчезла. Все считали, что он почуял опасность, сам сжег свое подворье и подался в Черный лес к лиходеям. Но дело было по-другому. Жену и дочь Лавра убил Пурьяк. Кубаря тогда не было дома. Он испугался, двинулся к Новгороду, потом решил отомстить, нашел подельников и пошел с ними к Твери. По пути они и попались. Кубарь здесь будет нужен. Он много чего знает, а душой слаб, обязательно даст показания. Поэтому я и решил доставить его сюда. Обращаю твое внимание, князь, на то, чтобы Кубаря пока никто не допрашивал. Это дело новых следователей, Дмитрий Иванович. Надеюсь, ты меня услышал?

Микулинский пожал плечами и заявил:

— Да кому он нужен-то? Ладно, Дмитрий Владимирович, Кубаря ты доставил. А зачем тебе понадобился воевода Опарь?

— Тоже ничего особенного. До прибытия следствия я не мог не оставить двух своих людей смотреть за Черным лесом. В царской грамоте того не было, но в моей, особой, прописана моя свобода в принятии решений.

Ты знаешь об этом, Дмитрий Иванович. Вот этими особыми полномочиями я и воспользовался. Скажу тебе, князь, что в лесу замечено какое-то движение. Что там происходит, мне неведомо. Но разбойники могут попытаться выйти из леса. А посему надо не допустить этого до подхода новых следователей и сильной дружины. Лиходеи должны оставаться в лесу. Для этого достаточно и сил воеводы Опаря.