Хвостатым здесь не место!

Пока шла по лестнице, голосов не было слышно, очевидно, эта парочка не хотела быть услышанной. Ну и ладно. Можно подумать, мне больше делать нечего! Разозлившись, я полностью переключилась на то, чтобы закончить работу.

На ужин меня никто не позвал. Проголодавшись, я решила поискать что-нибудь от оставшегося дневного пира. Каково же было мое удивление, когда я, дернув кран, обнаружила, что вода снова идет! Получается, приходил сантехник, и Финик впустил его сам.

Мог предупредить, я бы спустилась пораньше и сделала ужин.

Какое хорошее настроение у меня было с утра, настолько мрачным оно сделалось к вечеру. Моли в шкафах снова не было.

— Ну и хрен с вами! — выругалась я и, прихватив пару бутербродов, ушла в свою комнату.

Решила, что если Андрей попробует хоть что-нибудь мне сказать по поводу того, что я отлыниваю от своих обязанностей, то предложу ему меня уволить.

В итоге ночью я так и не смогла уснуть, ворочалась, прислушиваясь то к мерному дыханию дочки, то к собственным мыслям, и задремала только под утро.

Почти все утро воскресенья я возилась с одеждой, перешив несколько особенно испорченных зеленкой вещей. Из одного платья вышла замечательная юбка, из другого — блузка, джинсы пришлось укоротить до шорт.

Решила не отказываться от денег, если Финик решит мне возместить нанесенный розовой пакостницей ущерб, даже подумала, что неплохо было бы съездить в магазин прямо сегодня. После родов я слегка поправилась, пусть немного, но все же было бы здорово приобрести что-нибудь новенькое.

Каково же было мое удивление, когда в ответ на мой вопрос Финик категорически заявил:

— Нет, сегодня мы никуда не поедем.

— Я ведь и одна могу съездить. С Алей все равно надо погулять.

— Погулять можно во дворе дома. Одну я тебя не отпущу, а сам сегодня никуда отправляться не намерен.

— Э… — от такой речи я аж немного подзависла.

Такое бы мог мне сказать муж, но никак не человек, с которым я знакома чуть меньше недели.

— Я ведь не спрашиваю разрешения. Или я теперь должна буду отчитаться за всю купленную взамен испорченной одежду? — кажется, медленно, но верно я начала закипать.

Финик быстро сообразил, что выбранный им способ уговоров не работает, и моментально сменил тональность:

— Не говори ерунду, извини, я просто беспокоюсь за твою малышку, — слова казались искренними, а выражение на лице иначе как «сама невинность» не назовешь. — Сейчас воскресенье — в магазинах полно народу, вдруг кто-нибудь чихнет в толпе, или еще что.