Хулиганка под прикрытием

И не такой он сухарь.

* * *"

"Просыпалась я от ощущения, что меня придавило. Конкретно так. Такое ощущение, что замотали в одеяло и легли сверху. Черт, боже как неудобно. Кое-как вытащила руку и начала пихаться, помогая ногой, чтобы уж точно избавиться от тяжести, пока не послышался громкий шум. Кто-то свалился.

«Упс! Я кого скинула с кровати? Нет! Со мной никто не может лежать».

Открыла глаза и уставилась на недовольного Макарова, лежащего на полу. Черт. Хотя… а что это он на кровати делал, когда ее уступил мне? Обнаглел что ли?

– Не поняла, а почему ты спишь со мной? Вроде как на полу стелился! Я к себе не звала! – с возмущением выдала, удивляясь наглости некоторых.

Сергей сел и, взъерошив волосы ладонью, пробубнил:

– И я к себе не звал, но ночью проснулся, оттого что ты вцепилась в меня, как клещ, бубня, что за дверью кто-то есть. Не мог тебя отцепить. Поэтому чтобы не простудилась, перенес на кровать, но ты мертвой хваткой залезла на меня.

«Да уж-ж, отличилась… К сожалению, я так могу.

– Тебе приснилось! Ты замерз и полез ко мне! Я возмущена!

– Это ты возмущена? Отлично. Дверь там! Уже никто тебя не преследует. Можешь идти.

Посмотрела на дверь. Да нужно, а особенно в душ сходить и зубы почистить. Медленно слезла и пошла в правильном направлении. Осторожно выглянула, и, убедившись, что никого нет, повернулась и счастливо проговорила:

– Спасибо.

Мужчина с недовольством посмотрел, поднял бровь и уточнил:

– Да? А я думал, ты уже отблагодарила пинком с кровати.

Стало неудобно, поэтому поспешно подошла к нему и подала руку, с энтузиазмом выкрикивая:

– Прошу прощения, я просто с непривычки. Ты огромный, и я задыхалась.

– Обычно хлюпики, которых не замечаешь? – с подколкой спросил он, весело ухмыляясь.

Моя улыбка сошла с лица. Надо же какой выдумщик! Прищурилась, стараясь себя убедить, что не следует дерзить спасителю в ответ на наглость, повела языком во рту, усиленно обдумывая слова, и заметила:

– Рада, что ты приютил.

– А если нет? – лениво протянул телохранитель, продолжая сидеть, не принимая моей руки.

– Тогда посчитаю тебя треплом и всем скажу, что это неправда, – не сдержалась. Есть грань, он ее перешел. Не люблю я стукачей, а этот еще интересуется моим поведением на его треп.

На мои слова Макаров рассмеялся, отчего зависла. Надо же… он умеет удивлять.