Хулиганка под прикрытием

Надо же… с чего она решила, что меня можно обижать? Деньги что ли дают такое право?

– Ммм, – Гаева замялась, начиная соображать, что это я ее сейчас предупредила. А то видно что-то попутала. Ее обязанность рассказывать, показывать, а не тыкать мне в лицо, какая я отстойная деревенская простушка. – Наталья, я вас поняла. Прошу простить меня за недостойное поведение.

– Надеюсь, а то я только один раз предупреждаю, – доброжелательно выдала, отмечая, как она побледнела. Вот! А то уже совсем берега попутала.

– Да, конечно.

Брюнетка поникла, вместо ненужных слов дергала себя за блузку. Волновалась, не зная, как сказать, что я говорю не столь вежливо и грамотно. Ха! Что значит, не говорю?! Я продаю крутые машины! У нас там с этим все отлично, нервный Литиков лично контролирует. Даже книжечка есть, которую заставляют выучить наизусть, чтобы грамотно себя подать. Так что все будет нормально.

– Я постараюсь молчать, – с чувством порадовала помощницу. Она так прикольно кривила губки, когда нервничала, что не могла удержаться. Прямо настоящей становилась, а не куклой. Решив ее немного взбодрить, округлила глаза и с вдохновением изрекла: – Может, ангина? Гнойная! Чтобы ух как страшно было! Пусть сынок олигарха любуется мной на расстоянии четырех метров, сочувствуя и скучая, заплевывая пол слюнями от моей бесподобной красоты?!

– Ммм… пожалуй, не стоит.

"«Ооо… понятно тогда, почему Антонов так задергался, оперативненько вспомнив обо мне. Оказывается, Кирюшка заскучал. Жених срывается с крючка, как и миллиарды хитроумного предпринимателя, впрочем, как и моя шикарная двухкомнатная квартира. Нет, трех… Или дом на земле?»

– Ну ладно, поехали.

– В гостинице, – как-то сдавленно пробубнила она.

Резко остановилась, проклиная шпильки. Я, конечно, ношу обувь с каблуком, но не на таком тонком. Черт. И еще это обтягивающее платье… Дышать в нем как?!

– А что… все богачи устраивают встречи в гостинице? Нормальные заведения скучно посещать? Прячутся в норках?

– Ммм… я думаю, на месте… вам все станет понятно, – замялась Гаева, отворачиваясь, притворяясь, будто что-то ищет.