Хрупкое желание

Я наколола ломтик грейпфрута и отправила его в рот. Горьковато-сладкий вкус расцвел на моем языке, и мне пришлось сдержаться, чтобы не поморщиться. После еще нескольких штучек мои вкусовые рецепторы привыкли к горечи, и я доела остальное. Мама мельком взглянула, прежде чем снова наполнить чашку кофе. Я единственная, кто ела.

— Вы не видели Сэмюэля? — спросила я наконец, не в силах больше выносить сокрушительное молчание.

Мама покачала головой. Казалось, что это маленькое движение уже стоило ей слишком много энергии.

Папа отложил газету.

— Когда я в последний раз проверял, он еще спал.

— Он был очень пьян…

Папа покачал головой.

— Он не должен ходить пьяным перед тобой.

Я пожала плечами. Я больше не была ребенком. Со времени похищения Фины я увидела столько тревожных вещей, что меня было не так легко потрясти.

— Думаю пойду поищу его, — сказала я, ожидая согласия папы.

Он кивнул, и я встала из-за стола. Я налила кофе Сэмюэлю и захватила печенье, прежде чем подняться наверх. За его дверью было тихо.

Я на сантиметр приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Кровать была нетронута. Сэмюэль определенно не спал здесь прошлой ночью. Я повернулась и пошла вниз, в кабинет, где оставила Сэмюэля вчера вечером. Когда я вошла внутрь, мой желудок сжался.

Сэмюэль лежал на полу, рядом с ним стояла пустая бутылка из-под виски.

— Сэм? Просыпайся.

Прошло несколько мгновений, прежде чем его глаза открылись, и он посмотрел на меня. Он защурился, словно свет слепил его.

— Что происходит? — он хмыкнул, посылая мне в нос еще одну волну запаха алкоголя.

Я слегка отодвинулась назад.

— Ты спал на полу. Ты, должно быть, был очень пьян.

Со стоном, он посадил себя в сидячее положение, склонил голову набок, его лицо сморщилось от боли.

— Блядь. Что… — понимание промелькнуло на его лице, будто он вспомнил вчерашние события. Он быстро спрятал свою боль и посмотрел на меня. — Что ты здесь делаешь?

— Я переживала за тебя, — сказала я. — И принесла тебе кофе. — я встала, взяла кофе и печенье. — Возможно он уже остыл.