Хроники странствующего кота

– Уа-ау!

– О-о-о!

Вопль изумленного восхищения вырвался у нас почти одновременно.

– Прямо как море!

Только это было не море. По обе стороны от дороги простиралась бескрайняя равнина, поросшая сусуки[33]. Его белые метелки колыхались под дуновениями ветра, и казалось, что по равнине прокатываются волны, увенчанные белыми гребнями. Мы только недавно останавливались, но Сатору снова затормозил.

Хотя дорога была пустынной, всякий раз, выпуская меня, Сатору обходил машину, открывал дверцу с моей стороны и выносил меня на руках.

Надо хорошенько рассмотреть этот вид с более высокой точки обзора. Я перебрался из рук Сатору на его плечо и вытянул шею. Мои глаза оказались на одном уровне с глазами Сатору.

Ветер шелестит, раскачивая колосья сусуки. Волны прокатываются по бескрайней равнине – конца и края не видно.

Сатору верно сказал, это как море, море на земле. Но в отличие от настоящего моря колышущаяся трава не издавала никакого ужасного рева. В таком море я мог бы плавать. Я соскочил с плеча Сатору на землю и нырнул в море травы. В травяное море.

Но тут картина разительно изменилась. Дорогу мне преграждали густые заросли стеблей сусуки, а высоко вверху на фоне ясного голубого неба качались белые метелки.

– Нана? – донесся до меня встревоженный голос Сатору.

Послышался звук шагов по сухой траве, значит Сатору тоже вошел в травяное море.

Да здесь я, здесь, рядом с тобой!

Однако голос звавшего меня Сатору звучал все глуше, удаляясь. Ой-ей, я-то вижу Сатору, а вот он меня – нет, меня скрывает высокая трава.

Придется мне идти за Сатору, чтобы он не потерялся.

– Нана!

Да здесь я! Я ответил ему, но, похоже, звук моего голоса уносит ветер и Сатору не слышит меня.

– На-а-на-а! – В голосе Сатору послышалась истерика.

Сатору уже кричал куда-то вдаль, и я мяукнул что было сил.

Я зде-е-есь!!! Вот тут!

И тут же увидел склонившегося надо мной Сатору, заслонившего голубое небо. В тот момент, когда наши глаза встретились, его искаженное лицо мгновенно расслабилось. Глаза потеплели, и солнечный свет высветил дорожки слез на его щеках.

Он молча опустился на колени, схватил меня поперек туловища и стиснул так сильно, что у меня аж живот свело.