Опасные волны

 – С грацией бегемота Джонни плюхнулся на водительское сиденье. – Поехали.

Лодка с подвесным мотором

Ещё на подходе к отелю мы заметили, что с ним что-то не так. Розовая краска на роскошном некогда здании облупилась, высокий стеклянный фасад был заляпан грязью и помётом чаек. На заросшем участке повсюду валялись бурые пальмовые листья. Лишь немногие деревья пережили ураган.

– Судя по всему, он давно закрылся, – сказал дядя Джонни и, прищурившись, осмотрелся.

Мы растерянно обошли вокруг главного здания, но признаков жизни не обнаружили.

– В четверг приедем сюда… с подкреплением, – сказал дядя Джонни. Он, похоже, ничего странного в чайках не находил, поэтому я помалкивал. – Если здесь и правда творится такое безобразие, надо остановить этих типов.

Я кивнул, надеясь, что в этот раз дело не примет такой опасный оборот, как наша схватка с отравителями воды.

На следующий день, вопреки обыкновению, не я разбудил Джаспера, а он меня. Конечно, друг тут же начал расспрашивать, что мы с Шари разузнали, и я всё ему рассказал.

– Ничего себе! – разволновался Джаспер. – Как думаешь, бывают показательные бои с броненосцами?

Я заверил его, что это маловероятно, и он успокоился.

Я устало поплёлся на завтрак; из-за новых учеников – питонов и аллигаторов – он снова прошёл в напряжённой обстановке.

– Сегодня улетаю обратно, – сказал он нам. – Теперь я знаю, что Люси здесь хорошо.

– Будешь время от времени превращаться? – спросил я. – Или тебе от этого жутко?

Высокий темноволосый юноша криво усмех нулся:

– Жутко, конечно. Но такой шанс упускать нельзя. Море в Калифорнии очень-очень глубокое – там я могу поэкспериментировать.

– Смотри, чтобы тебя никто за этим не застал: ты должен хранить в тайне, кто ты такой, – предупредила его Шари, и Леон пообещал.

Когда он наклонился к глиняному кувшину, Люси протянула к нему два щупальца и обвила его запястье.

– Я буду мегаскучать по тебе! – грустно сказала девочка-осьминог.

– Постараюсь навещать тебя как можно чаще, – пообещал он и поднял на прощание руку.

Я смотрел ему вслед и размышлял, чем ему довелось заниматься.