Опасные волны

Холли карабкалась на верхушки пальм, чтобы развесить баннеры-растяжки «Добро пожаловать!». Школьная группа вовсю репетировала: им предстояло два раза в день выступать перед гостями, а по вечерам ещё раз перед нами.

– Жду не дождусь танцев, – мечтала Блю. Я знал, что это одно из её главных увлечений: в прежней жизни среди дельфинов они с родителями тайком пробирались на пляжные вечеринки, чтобы вволю там потанцевать.

Команда, ответственная за рекламу – Джошуа, Леонора, Шари, Блю и я, – расклеила повсюду в Ки-Ларго до самых Верхних Кис плакаты, которые я нарисовал.

– Думаете, хоть кто-нибудь придёт? – спросил я, когда мы возвращались из одной такой поездки. – Местные жители все заняты ремонтом.

– Надеюсь, никто не придёт, – прокряхтела Шари. – Я так боюсь бубличных выступлений, едва подумаю о нашем дельфиньем шоу!

Мы заулыбались. Звучит гораздо лучше «публичных выступлений», подумал я, засовывая в рот клубничную жвачку – мой новый любимый сорт.

– Мистер Кристалл и в Майами много рекламы разместил, – заметил Джошуа с застенчивой улыбкой. – А туда «Аделина» не добралась. – Длинными седыми волосами и пёстрой рубашкой он напоминал пляжного музыканта. Ни за что не догадаешься, кто он во втором обличье и что первые тридцать лет своей жизни он провёл под скалой у берегов Орегона. Наш молодой директор обнаружил его, когда был там в отпуске.

– Меня больше беспокоит, что придёт слишком много народу, – сказала Леонора, электрический угорь и гитаристка в нашей школьной группе.

– Если посетители попытаются проникнуть в нашу кухню, я во втором обличье прегражу им вход, – куражился я, и Шари захихикала:

– Но ведь в столовую тебе нельзя – ты же будешь в лагуне, где посетители могут поплавать с тобой за деньги?

– Да, план такой, но думаешь, кто-нибудь на это осмелится? – скривился я.

– Ну, потому мы и стоим в два раза дороже, – сказала Блю.

Шари засмеялась:"

"– Вот именно.