Опасные волны

Я видел, что над соседней хижиной трудятся Элла и Ральф – усердно чинят стены и латают крышу. В чём в чём, а в лени Эллу не упрекнёшь… После возвращения в школу она впахивала наравне со всеми.

Устало плетясь по пляжу, я услышал, что Рокет снова приехал и привёз с собой дрель.

– Паршиво выглядишь, – сказал он, опустил дрель и снял наушники. – Тебе что, не нравится быть акулой? Ты ведь супергерой, разве нет?

– Это ещё почему?

– Ты невероятно силён, улавливаешь электрические поля, прекрасно видишь в темноте, чуешь капельку крови в огромном бассейне…

– А, ты раздобыл справочник об акулах, – сказал я, чувствуя себя просто отвратительно.

Вернее, попытался.

Сначала я услышал звук бегущих ног, а потом меня кто-то окликнул:

– Эй, Тьяго!

Я вопросительно обернулся, потому что голос был мне знаком, но я не мог до конца в это поверить. Но это и вправду оказался Караг – светловолосый мальчик-пума из школы «Кристалл», причём явился он не один: он держал за руку мрачную девочку-инуита Тикаани, а впереди них бежала Холли с буйными рыже-каштановыми кудрями.

– Пожалуйста, скажи мне, что это неправда! Скажи, что вы уже отыскали Ноя! – в отчаянии прокричала Холли мне в ухо, обнимая меня. На меня снова нахлынула печаль – неужели Ной правда погиб?!

– Холли, не убивай, пожалуйста, Тьяго – он нам ещё пригодится, – попросил её Караг.

– Мы тут только что более или менее пережили ураган, – сказал я этим троим. – Так что оборотень-белка мне ничего не сделает. Пойдёмте сначала в столовую, хорошо?

– Ладно, – согласился Караг. – Кстати, мой друг Брэндон тоже очень хотел отправиться с нами, но учителя ему не разрешили: ему надо подтянуть оценки по двум предметам. Но может, в следующий раз.

Гостевая хижина сильно пострадала от урагана, но Караг меня заверил:

– Ничего, поспим во втором обличье на земле – правда, ребята?

– Конечно, – тут же ответила Тикаани. – Волки, например, даже в снежный буран могут спать, так что не переживай, Тьяго.

– Да кому она нужна, эта кровать! – подавленно воскликнула Холли. – Мне нужен только Ной!

Увы, это было единственное, чего мы не могли ей дать.

Мало кто в школе ещё продолжал надеяться, что Ной вернётся.