Хозяин дубравы. Том 1. Желудь

Без всякой спешки и суеты, перерабатывая те растительные волокна, которые удалось заготовить к этому моменту. Чесали их."

"Скучно и нудно, но очень важно.

Уже бывало зябко на улице, и медлить с изготовлением одежды стало совершенно невозможно. С мехом же ситуация продвигалась плохо. В ловушки попадалась в основном всякая мелочь и то нечасто, а основной прибыток с охоты приносили птицы.

Почти все ловушки, которые расставил в лесу Неждан, были ориентированы на хищного зверя. Но из-за дождей волчьи ямы постоянно стояли заполненными водой и часто теряли маскировку.

Вот и выходило, что хоть какой-то прибыток с охоты на зверя давали лишь немногочисленные и довольно примитивные мелкие ловушки. Да и те часто отказывали.

Дожди же всю округу превратили в натуральную кашу.

Грунт раскис так, что к той же реке, если не по заранее положенным плахам, не пройти. По колено или глубже уходили ноги в жижу. Холодную жижу.

— Эх… баньку бы сейчас. — тяжело вздохнув, произнес Неждан.

— Что?

— Баньку, говорю. А… — осекся он, увидев взгляд визави. — Ясно. Нет. Не хочу рассказывать. Лень. Да и толку никакого.

— Отчего же никакого?

— Ее не поставить. До весны поздней уж точно. Хотя я бы и на будущее лето не загадывал.

— А что сие, баня?

— Баня это… хм… вроде небольшого такого жилища с печью, в котором очень крепко топят, чтобы от жара было едва терпимо. И моются. То и полезно, и приятно. Но делать ту баню — морока из морок. Да и без горячей воды она лишена смысла. А значит, хитрую печь ставить… — махнул рукой Неждан.

— Неужто так хороша?

— Не пересказать.

— А ты почем знаешь? Ты же в ней, чай не мылся ни разу.

Парень не стал отвечать. Да и что тут ответить?

— Отчего же молчишь?

— Когда твои друзья-товарищи приходили, я много слушал и думал.

— Я и сам никогда о таком не слышал. Но в тебе я вижу то одного бога лик, то другого. Больше Велеса, конечно. В ремесла ты вон как уходишь — со страстью и умом, да к воде тянешься. Но и Перун проступает. Твои поступки порой не спутаешь ни с чем. У меня самого поначалу голова кружилась от такого, и я чудил.