Хозяйка волшебной почты, или Сами с усами

Я медленно, как факир в цирке, опустила в шоппер кулек с выпечкой, закинула лямки пустой сумки на плечо и возвестила громко:

– Представление окончено. Все свободны.

***

До дома добрались без приключений.

А там... Стоило мне шагнуть на кухню с шопером через плечо, пол под ногами задрожал, и в голове помутилось. Мне показалось, что стены начали разъезжаться, а пространство расти.

Мама! Что это?

– Садись, Арлет! Любуйся, пока показывают, – тут как тут оказался Бегемот, с разбегу плюхаясь на стул.

– Что это? Землетрясение? Бежим отсюда! – не разделила я его оптимизма.

Как бы потолок не рухнул.

– Дом растет! Новую кухню просила? Так смотри, когда еще такое увидишь.

– Растет? Уверен? Точно ничего не обвалится? – опасливо покосилась я на трещащий по швам потолок, да так и осталась с открытым ртом.

Дом творил невероятное. Прямо на моих глазах окно звонко дзынькнуло и разделилось на два, нарастив в промежутке кусок стены. Штора сменила цвет и начала покрываться вышивкой, распочковалась пополам и обзавелась красивыми зажимами.

Я приоткрыла рот и ахнула. Вот это я понимаю, магия! Просто охурметь, что творится. Надо подумать, что бы еще такое заказать. Что мне нужно? А?

Ой, нет! Мама! Дом снова тряхнуло, а мое внимание переключилось на печь. Она содрогнулась, вырастила дополнительные ряды кирпичей, конфорки и духовку.

Под ногами что-то зашевелилось. Я испуганно взвизгнула, пожала ступни под себя, уселась на стуле, как птичка в гнезде.

Плиты пола покрылись сетью трещин, разделились на четыре части. Каждый фрагмент вырос вдвое, приобрел благородную глазурь, цвет топленого молока и позолоту.

Все происходило быстро, я едва успевала ухватить взглядом изменения. Пол, стены, потолок, окна, печь. Камин?!

А когда мебель начала стучать дверками и трещать по швам, угрожая развалиться, основательно переволновалась за сохранность посуды на полках.

Стул подо мной дернулся, изогнулся, переступил ножками, протяжно скрипнул, заставив подпрыгнуть. Руки боднуло полированными подлокотниками. Лопатки утонули в мягкой спинке.