Хозяйка волшебной почты, или Сами с усами

– Леди Абернати, – толстяк поправил очки и мило улыбнулся. – Сожмите пальцы. Нужно подержать индикатор около минуты.

И что? Это все? Никаких анализов? Ни мочи, ни крови?

– А что потом? – вырвалось у меня с любопытством.

– Ничего.

Магистр Верлен протянул руку.

– Можете отдавать.

Я разжала пальцы. И первой уставилась на хрусталь. Вся его прозрачность исчезла без следа. По краям появилось золотистое свечение, а в центре - широкая белая полоса. Между ними тонкие черные перемычки.

– И что это значит? – Нервно дернул кадыком Ричард.

Правильно говорят, что некоторые мужики становятся психическими, когда узнают про беременность жен.

О! И мой тоже!

Ричард рванул ко мне, прихватил двумя руками ладонь, сжал так, что я невольно поморщилась.

– Дорогая, ты только не волнуйся. Мы найдем лучших целителей!

– Никого не нужно искать, лорд Абернати, – поспешил успокоить нервного клиента магистр. – Видите золотой цвет?

– Да! – ответили мы все вместе гномом.

– Это значит, что здоровье у будущей матери отменное, а беременность развивается нормально.

Мистер Лобстер нервно промокнул платком пот со лба. Ричард шумно выдохнул, пал на колени и обнял меня за талию.

Я погладила любимого по маковке. Как переволновался, бедняга. Спросила у магистра:

– А остальное что означает?

– Одна белая полоса, – пухлый палец указал в центр артефакта, – один ребенок.

– А черная между золотом и белым? – Меж бровями Ричарда пролегла тревожная морщинка.

– Ничего не значит. – Отмахнулся врач.

Мой обожаемый лорд блаженно улыбнулся и ткнулся головой мне в ладонь, напрашиваясь на продолжение ласки.

– Магистр Верлен, – спросила я, буквально ощущая счастье, исходящее от мужа, – можно как-то узнать, кто у нас?

Почему-то новость, что я таки беременна, меня ничуть не взбудоражила.

– Срок еще маленький, но я попробую посмотреть.

Мужчина протянул мне прямоугольную серебряную коробочку.

– Опустите сюда индикатор, леди Абернати.

Я нехотя рассталась со свой прелестью.

– Сейчас будет ясно, – спокойно проговорил он. – Если не получится, повторим через две недели. Тогда индикатор уже точно активируется.

В комнате повисло напряженное молчание. Три пары глаз уставились на футляр.

Через бесконечно долгих две минуты из ладоней врача вверх взвился фонтанчика ярких голубых искр.

Магистр просиял.